00:54 

Shepard & Shepard
- Я, наверное, не вовремя...
- ...
- Я, это, потом зайду...
- Я не сплю.
- Да я не скажу никому!
- Нет. Я не сплю. Совсем.
- ...
- Ребёнок не спит. Жена не спит. Я не сплю. Никогда не думал, что испытаю бессилие снова.

-

Так нервничал, что забыл бутылку внизу на столе. Значит, плохо дело. Фенрис собрался было посмеяться над собой, но на это не было сил. Сил вообще ни на что не было.
До вечера оставалось ещё прилично времени, но темнота и тишина казались поистине ночными. На город идет ураган. Будет сносить ставни, бить стекла, ломать деревья у дороги за мостом. Тевинтерец еще утром предупреждал всех домашних о приближающийся стихии. Судя по тому, что дома никого нет, никто не придал значения утреннему ворчанию смурного эльфа. Нельзя сказать, что он был этим огорчен или обеспокоен. Нет. Хорошо, что дом пуст. Никто не увидит его в столь поганом нервном состоянии. Не будет внимания, лишних вопросов. Хотя бы о том, как он так угадал с погодой - рассвет был ещё ясным. Клейма, будь они неладны, реагировали и на такие мелочи.
Клейма...
Фенрис поднес руку к лицу, задумчиво рассматривая полосы на своей ладони. Можно закрыть татуировки одеждой, не использовать с их помощью магию, и даже просто забыть о них при благоприятном стечении обстоятельств. Но это ничего не изменит, не заставит их исчезнуть. Они не сотрутся до самой смерти.
Оказывается, это происходит не только с ними. Мужчина обвёл взглядом спальню. Это - его дом. Он живёт здесь потому что хочет. За долгие годы вольной жизни он доказал себе, да и всем остальным, что способен за себя постоять. Защитить себя. Теперь же на нем лежит ответственность за всех, кто живёт под одной с ним крышей. И это правильно. Он взвешенно принял решение, потому что был уверен в себе и в своих силах. До сегодняшнего дня.
Никогда прежде не было так мучительно стыдно за себя. Все срывы, что случались раньше, являли собой реакцию на происходящее вокруг. И пусть в такие моменты поведение его выходило за все рамки, виной тому были окружающие. Люди, совершающие или становящиеся причиной чего-то такого, что нельзя было так просто пережить, принять. А что теперь? Фенрис скривил губы, презирая собственную глупость и слабость. На что он рассчитывал? Чего ждал?
Тевинтерец был так погружен в сумрачные размышления, что почти прослушал звук открывания двери. Шанаэ осторожно заглянула в комнату. Брови сведены, в фиалковых глазах плещется беспокойство. Ну конечно же. Он забыл бутылку на столе.
Сев рядом с ним на край кровати, эльфийка стала разглаживать складки юбки. Она иногда, когда волнуется, делает так.
- Ты снова был там? У слуг Вараньи?
Фенрис глянул в сторону окна с особой ненавистью. Неужели это столь предсказуемый ход? Едва ли он по собственной воле отправился бы в те затхлые коридоры, отведённые для «временного содержания» до смерти перепуганных «слуг из Тевинтера». По его, по крайней мере, мнению.
- Я пошел туда сегодня по службе. Было необходимо узнать у старика...
Звучало отвратительно. Будто бы он в чём-то виноват, и теперь из последних сил ищет для своих действий (что тогдашних, что нынешних) достойное оправдание. А оправдываться не в чем! Но как не расскажи эту короткую и неприглядную историю, звучать будет всё одно как неаккуратная попытка себя защитить.
- Это неважно.
Как правило, подобное завершение объяснения Шани находит исчерпывающим. Вздыхает, пожимает плечиками, удаляется по своим делам. Тема раз и навсегда объявляется закрытой. Разговора не было, все всё забыли. Но сейчас, видимо, был не тот случай. Женщина повернула голову, убрав съехавшие на лицо кудри. Смотрит внимательно и вопрошающе, заведомо понимая каждое слово. До сих пор непривычно.
Тевинтерец вздохнул с крайней усталостью. Опустил голову, пытаясь подобрать слова, что максимально укоротят рассказ. Навязчиво рассматривая отметины на ладонях, продолжил:
- Я шел по коридору сквозь них. А они пели. Просто пели, без какого-то повода на это. Я прислушался.
Шани обвила руками его руку, прижалась щекой. Слушала сосредоточенно и молча.
- И я понял, что знаю эту песню. Помню её слова. Помню, как мы с матерью напевали её, толкаясь среди прочих рабов.
В эту минуту Фенрис мог бы поклясться, что слышит омерзительно пряный запах. Дорогое вино. «Для самых знатных гостей». И также он был уверен в том, что сидящая рядом Шанаэ ничего не чувствует. У них дома нет вина такого сорта.
- Их голоса... Они были повсюду. Я не слышал своих мыслей, забыл зачем пришёл. Я хотел только одного - скорее уйти, вырваться, не слышать их. Мне показалось, что если я не сбегу, толпа затянет меня. Я лишусь воли.
Это всё звучало...охарактеризовать, облечь в словесную форму непросто. Уместнее всего было бы нечто вроде «неизмеримо жалко».
- Эта песня звучит в моей голове. Я пытался не слушать, но не мог. Я сбежал.
Сказал. Признался. Ни о какой попытке оправдать себя речи идти не могло. Подобное невозможно оправдать.
- Потому что ты испугался.
Удивительно, что даже подобные слова, несущие в себе чуть ли не приговор, из уст Шани звучат не так ужасно. «Испугался» - философски подумал Фенрис, и в несвойственной для него манере успокоился. Молчание не было тяготящим, вой ветра за окном не нервировал и не наводил на располагающие к самобичеванию и ненависти мысли. В дом постепенно возвращался покой.
- Ничего, - уткнулась в плечо Фенриса зашептала Шанаэ, и выдохнула с крайней усталостью. – Ничего. Я тебя в обиду не дам.

@темы: два разных бессилия, Фенрисопапа, Самая Грозная Защитница, dragon age, "Я НЕ РАБ"

URL
   

Вдоводел и Мракобес Band

главная