Записи с темой: кирпичи (список заголовков)
02:36 

Дикая неделя. По ходу во всём Тедасе только парочка ленивых не слыхала, что за напасти посыпались на город. С месяц стражники шарили по улицам. И хоть бы одна гнида – хоть бы одна! – намекнула, что дело пахнет палёным мясом. Кто-то кому-то что-то сказал, где-то что-то сгорело и обвалилось, храмовников набежало со всего Орлея. Нашли виноватых, оттяпали им бошки. Всё, казалось бы? – Хер там ночевал.
Вернувшийся после безрезультатного обхода капканов в лесу Кай застал ворота однозначно закрытыми. Никто никого не впускал, никто никого не выпускал. Что случилось? – Маферат пойми. Да и эти дела не очень волновали промокшего насквозь юношу, желающего ПРОСТО. ПОПАСТЬ. ДОМОЙ.
Какое-то время он потолкался у ворот. Был бит, повздорил со стражником, получил по заднице латным сапогом, ответно навалял кулаками и снова был бит. Уяснив, что ситуация безвыходна (читай безвходна), стал почти что без всякого смысла слоняться под стеной. Кай, быть может, и залез бы в город (были, благо, лазейки), да пёр на горбу ножны и снятые капканы. Дюже тяжело.
А ещё, магистрово племя, стемнело так некстати. Парень жался к стене, желая тем самым привлекать к себе и своей ноше поменьше внимания. А вот его взор зацепился за ободранного хрипящего пса, с энтузиазмом бегающего вокруг чего-то слабо различимого в сумраке.
Подойдя к дворняге, орлесианец нашёл не вещи, но безобразный труп. Безобразность его заключалась в обилие крови на теле и земле, изломанности конечностей и уродливом отсутствии левого уха, подчёркнутом грязными светлыми прядями. Ну и, сверх всего, это была девочка, немного младше его самого.
- Фу, тварь! – Кай дал ногой по рёбрам заскулившему псу. – Пшёл, сучий потрох!
Драная шавка сразу поняла, что ей здесь не рады, и скрылась. Брезгливо поморщившись, парень присел перед телом на корточки. На первый взгляд ничего ценного не было, но вдруг есть, скажем, цепочка или карман в рубашке?
Обосраться со страху – немудрёное дело, если перевёрнутый на спину труп вдруг открывает глаза и осмысленно, почти что дружелюбно на тебя смотрит. Благо, Кай облегчился ещё будучи в лесу, а потому никак себя не выдал.
- Ой. Здравствуй, - прохрипела девочка.
Орлесианец ничего не мог ей ответить просто потому, что оцепенел от суеверного ужаса. И глаза у его находки были такие... Ну, ужас, не объяснишь-то какие толком! Видал, казалось бы, и не такое, а к абстрактной мамке под юбку захотелось влёт.
Блондинка неприятно хрустнула спиной и сильно закашлялась, чем вывела Кая из замкнутого круга истеричных и неожиданно религиозных мыслей. Девочка нахмурила брови и взглянула на неудавшегося охотника как-то на удивление по-хорошему. Вроде как и не просит ни о чём, а самому хочется подсобить.
- Ты... Это... – Будущий воин замялся, гоня лишние мысли. – Тебе помочь встать?
- Пожалуйста, - почти неслышно ответила страдалица и слабо улыбнулась.
С помощью Кая девочка медленно села. На её плечах были ремни от сумки и какого-то завёрнутого в тряпки копья, с которыми пришлось повозиться. Она слабо держалась за его руку и всё время улыбалась. Но такого лютого страха, как минуту назад, эта улыбка не вызывала, скорее даже наоборот. Казалось, что незнакомка рада всему, включая грязь и слякоть, просто у неё нет сил на более бурные эмоции.
- Спасибо, господин. – Одноухая мелко дрожала, но продолжала улыбаться.
Орлесианец окончательно растерялся, не зная, что его волнует больше: громадный след от лужи крови вокруг них или это нелепое обращение. Времени на то, чтобы решиться, не оказалось. Со стороны донёсся надрывный, чуть ли не плачущий, мужской голос, выкрикивающий какое-то чужеземное имя.
Кай снова напрягся и собрался обернуться, чтобы разведать, что да как. Но его внимание привлекло нечто более зрелищное. Прежде обессиленная и спокойная девочка вцепилась ему в руку мёртвой хваткой. Она заглянула ему в глаза так, будто бы смерть застыла от неё на расстоянии вытянутой руки. Парень знавал это чувство, а потому как-то быстро понял.
- Астэ!
Выкрикивающий это имя мужчина вошёл в поле зрение Кая. Точнее сказать, вхромал. На лицо незнакомца был надвинут капюшон подранного плаща, больше напоминающего лохмотья. Левая рука почти что безвольно болталась, придерживалась правой. Грязный, как смертный грех, побитый и трясущийся, он не вызывал у орлесианца ни капли доверия. Или вообще хоть каких-то хотя бы нейтральных чувств.
- Астэ, - в очередной раз повторил калека, приближаясь.
Это, наверное, было именем девочки. Так вот. Имя роли не играет, так как началась настоящая чертовщина. Лицо Астэ исказилось от ужаса, который словами передать ой как нелегко. Она, скривив челюсть, открыла рот и стала делать резкие вздохи один за другим. Голубые глаза округлились и подчеркнулись ореолом неестественной черноты. Руки с растопыренными в разные стороны пальцами (будто бы те сломаны) девочка неловко прижала к груди, и задрожала.
- Астэ, что случилось?
Когда мужчина сделал ещё пару шагов, одноухая завизжала. Даже нет, не так. Визжат перепуганные девки, увидевшие крысу. А Астэ издавала истошные, пугающие звуки, выходящие за пределы возможностей человеческого голоса.
Дальнейшие события проходили мимо замутнённого ужасом сознания Кайлана. Он попытался отстранить от кричащей девочки незнакомца, а при повторной попытке того приблизиться – ударил прицельно в челюсть. На юношу чуть ли не с кулаками налетела не менее оборванная, чем распластавшийся на земле калека, рыжая женщина. Но она почти мгновенно переключила внимание на катающуюся по земле одноухую и бросилась её ловить. Мужчина, силящийся подняться, захрипел. На мгновение его очертания стали расплывчаты.
Это было слишком. Поскальзываясь на лужах, теряя равновесие и падая, Кай бежал к всё ещё закрытым воротам. Бежал, во всё голос крича что-то про Создателя, и совсем не боялся привлечь внимание к собственной персоне. Он, напротив, желал внимания, нуждался в нём как в воздухе. Орлесианец стремился к настоящим людям. Подальше от того, что случайно принял за людей.

@темы: dragon age, Астэ омен, кирпичи, мракобесие, одержимость, хрупкий мир ВСЕХ СУКА, что-то про Создателя

01:40 

00:36 

[0:34:08] Shep2: ...а вот если бы Лас были хилером, Андерсу не приходилось бы так часто светиться перед дитём!
[0:34:57] Shep1: Гррррр >_> а вот если бы Андерс не был долбоебом, всего этого вообще бы не было т_т

@темы: кирпичи, Андерс дурак, муки творчества

22:32 

Беды не предвещало ровным счетом ничего. Нормальный такой денек - прохладно, конечно, но зато солнце выглянуло и, значит, огревает просто одним своим видом душу и прилагающееся.
Трэванс довольно зажмурился, подставляя лицо свету. Настроение было отменно хорошим. Он уже успел починить колесо какой-то повозки, пообщаться с владельцем (вернее, это торговец об него пообщался, но это мелочь, не так ли?), перехватить в знак благодарности знатный ломоть выпечки.
Пока сидел на бревне и жевал неожиданно свалившуюся на голову благодать, осознал, что больше всего радует другой факт - он все еще весьма успешно избегал внимания рыжей ведьмы.
Если бы он сразу знал, что эта дама почтит обоз своим присутствием, то вообще бы от Архидемона подальше сменил курс путешествия на практически противоположный. Трэванс справедливо полагал, что у магессы вполне могут наличествовать некоторые... вопросы к нему, образовавшиеся с момента прошлой встречи.
А зная непередаваемо прекрасный норов рыжули, парень был готов избегать ее дурного глаза всеми правдами и неправдами. Что с одержимыми шутить плохо, это он знал и без необходимости проверять на своей ценной шкуре.
И пока что это ему более чем удавалось - магесса все время кучковалась с несколькими эльфами где-то в стороне, и на бредущего ближе к концу Трэванса не обращала никакого внимания. Дженкинса, на которого и так обращали внимание другие личности, в список которых попадала и еще одна наемница, вечно лезущая с задушевными разговорами и, помимо этого, имеющая неприятную привычку вторгаться в личное пространство собеседника ("жертвы" будет точнее...), это устраивало.
Окончив утреннюю трапезу, парень решил, раз уж все равно обоз стоял на привале, прогуляться по ближайшей части леса. Он беззвучно скользил между стволов, искренне радуясь свежему лесному воздуху и возможности отдалиться от общества, но при этом знать, что оно находится буквально на расстоянии вытянутой руки.
Наемник снова заулыбался. Где-то над головой переговаривались птицы, перелетая с ветки на ветку, слышались голоса - кто-то вел оживленный спор...
Оживленный спор?
Парень тихо вздохнул и замер, напрягая слух.
- Ну сними котика! - донесся откуда-то неподалеку возмущенный высокий голос.
- Ты же знаешь, что он сам слезет. - мужской голос звучал весьма недовольно.
- Слезет! Но когда ещё! Ты помоги ему слезть сейчас!
Трэванс уже осторожно шел к месту, откуда раздавались голоса. Простое ребяческое любопытство одолело парня, заставив забыть о желании ни во что не вмешиваться и вообще, побыть одному.
На поляне возле высокого дерева стояли двое. Низкая эльфийка с каштановыми волосами и высокий седой эльф-мечник. Этот весьма комичный дуэт Трэванс уже имел возможность наблюдать. Потому что именно их выбрала себе в качестве компании магесса, не будь она невовремя помянута.
Дело тем временем принимало все более и более крутые обороты. Эльф упирался, девушка возмущалась. В воздухе пахло кровопролитием. Виновник торжества, понятное дело, от такого не то, что не думал спускаться, удивительно, что повыше не забрался. Хотя...
Дженкинс оценил высоту котика.
Может, и забрался.
Наемник снова вздохнул.
Когда эльф резко обернулся на звук его шагов, Трэванс чуть не шагнул назад. Но после Остагара трудно чем-то пронять всерьез, даже если у тебя взгляд такой, что только гвозди забивать. В чью-то голову, например.
- Я достану. - мотнул головой в сторону дерева парень.
Эльф только сумрачно наблюдал за его перемещениями, в то время как эльфийка тут же наставительно воздела вверх указательный палец:
- Вот видишь, Фенрис! Даже случайные прохожие более расположены к помощи братьям нашим меньшим, чем ты!..
Что ответил эльф, Трэванс прослушал, потому что одна из веток оказалась гнилой, и он чуть не сверзнулся. Было бы весьма... обидно. Кот со своей высоты забивал взглядом гвозди не хуже Фенриса. Причем забивал он их как в сторону снова заспоривших эльфов, так и в голову горе-спасителя-Трэванса. За что - непонятно. Но коты, они вообще такие, тут уж ничего не попишешь.
Где-то на пол пути под гвоздевым дождем и после еще одной подлой ветки Дженкинс всерьез задумался, зачем, собственно, он это делает. Ответа не нашел, плюнул и полез дальше. Собственно, самым трудным было котика достать. Кот уже просто метал ножи и копья, помахивая хвостом. Но особо не шевелился, ибо серьезная высота смущала и этого обладателя способности приземляться на все четыре. Под одобрительный писк эльфийки и неодобрительные комментарии Фенриса парень все-таки смог ухватить животное так, чтобы и оно сердце с испугу от такой наглости не выплюнуло, и он сам остался с целыми конечностями. Сидя на ветке, с котиком в руках, наемник слегка пригорюнился. Ибо воистину, подвиг - это, конечно, хорошо, но спускаться-то как теперь?
Он некоторое время печально обозревал путь вниз, потом, вздохнув уже неизвестно какой раз за этот вроде бы так хорошо начавшийся день, решил посадить кота на плечо и выполнить смертельный трюк.
Но ему таки не дали. Сначала он услышал шаги, потом, спохватившись, вычленил из общего шумового потока хруст ветки под собой.
Ну что ж, падать всегда было не слишком приятно. А уж с когтистым вопящим снарядом (и с вопящим сопровождением где-то внизу, в компании мечника) - так вообще. Сплошной восторг и никак иначе.
Как ни странно, Трэвансу удалось в более-менее равной степени выполнить все следующие условия:
- не убиться;
- не убить\выронить\сдавить слишком сильно кота;
- спустя какое-то время начать дышать;
По выполнению последнего условия наемник даже сумел начать видеть окружающий мир. И первое, что он увидел - это два фиалковых глаза, полные неземного ужаса. Принадлежали они, понятное дело, эльфийке.
Игнорируя звон в ушах, мешавший разобрать, что говорит девушка и уж тем более достаточно внятно ответить, парень попытался сесть, все еще держа в руках кота, близкого к потере разума и оттого очень тихого и недвижимого.
Если бы не бьющееся через ребра в пальцы сердце, Трэванс бы решил, что зверюга таки не пережила. Но, видимо, живность просто прикинулась мертвой на случай дополнительных потрясений.
А они не заставили себя ждать.
- ТЫ! - указующий перст еще одного участника сцены указывал точнехонько на едва сумевшего сесть Трэванса.
"Я", тупо подумал парень, еще не осознав, что голос, прорезавший его легкую контузию, был подозрительно знакомым.
Это потом его взгляд уловил торчащие во все стороны рыжие вихры и обвиняющие янтарные глаза.
Пару мгновений он просто смотрел на магессу. Потом улыбнулся, отчего его голубущие глаза, казалось, стали еще ярче, и приподнял котика, надеясь, что он если не зашвыряет одержимую ножами, то хотя бы отвлечет ее внимание милым внешним видом.
Жить, надо думать, хотелось не только коту, уже трижды пожалевшему, что родился на свет.

@темы: dragon age, Ласерта, Трэванс, Фенрис, Шани, дженкинсы, кирпичи, котейка, тевинтерское правосудие

22:26 

Юный турианец Флавикус Руктус в очередной раз за день пожалел, что оказался на борту этого треклятого корабля. Бедолагу не восхищало решительным счетом ничего - ни путешествие в разношерстной команде, ни угрюмая человеческая женщина, по недоразумению называющая себя пилотом, ни вся эта затея с изучением этой забытой всеми высшими силами планеты!
Но больше всего турианца не восхищала местная фауна, оказавшаяся до ужаса плотоядной и хищной. Его напарник, ворчливый старый саларианец, не пережил встречи с одним из "аборигенов", а сам Флавикус едва унес ноги. Связь работала плохо, и в какой-то момент он просто перестал пытаться связаться с остальными.
На его счастье, отсутствие внятных боевых навыков в этой ситуации компенсировали скорость мышления и отличная топографическая память. Флавикус нашел корабль!
Однако встретившая его тишина турианцу не понравилась сразу.
- Шева? - негромко подал голос он, оглядываясь по сторонам, - Вира? Кто-нибудь?
Но ни пилот, ни медик, ни кто-либо еще на зов Флавикуса не отозвался. Руктус зябко повел плечами, обратив на едва заметный кровавый след, заворачивающий за поворот. Освещение нервирующе мигало.
Постепенно цепенеющий турианец успел сделать буквально пару шагов, когда из-за угла медленно выглянула отвратительная клыкастая морда. Существо протянуло длинные узловатые конечности, упираясь в пол, неторопливо подалось вперед, неторопливо поворачивая голову то на один бок, то на другой. Белые пятна глаз следили немигающе.
Флавикус замер.
Тварь тоже.
Первым пришел в себя, на собственное счастье, Руктус, задав стрекача в обратном направлении. Скрежет и стук за спиной свидетельствовал о том, что неизвестный науке монстр прямо сейчас гонится за ним.
И что было самым ужасным, все происходило в абсолютном молчании. Существо не рычало, не шипело, не хрипело и не стонало. Просто молча и целеустремленно ползло следом. Надо сказать, очень быстро ползло.
Турианец завернул в открытую дверь и понял, что, поддавшись панике, сам себя сгубил. Тупик. Он оглянулся и, встретившись с ничего не выражающим взглядом преследователя, попятился назад, проклиная уже себя - за то, что умудрился потерять оружие еще на пути обратно к кораблю.
Он сглотнул, чувствуя, что спина уперлась в стену. Дверь за спиной монстра скользнула к косяку, закрываясь, распахнулась обратно. Замок не работал. Так что, быть может, если Флавикус сумеет проскочить мимо...
Да кому он врет? Ни черта не сумеет. Руктус боялся даже дышать, чтобы не спровоцировать тварь на рывок.
Цок-цок - это когти упираются в пол. Шшшшш. Шелест туши, подтягивающейся к конечностям. И белые глаза.
И абсолютное молчание надо всем этим великолепием.

Когда вдруг раздался грохот, а потом рычание, Флавикус четко осознал, что ему конец. Но почему-то монстр остался на месте. Только обернулся на добрые сто восемьдесят градусов, приподняв от пола одну лапу.
В дверях стояла Шева. Черный костюм основательно потрепан, повсюду бурые пятна. И вечная алая повязка на плече, так выбивавшаяся из общей картины и вечно мозолившая турианцу глаза.
...они чертовски надоели друг другу за этот полет, но Руктус сейчас просто не мог вспомнить, когда он радовался хоть кому-нибудь больше, чем этой угрюмой самке человека. Несмотря даже на то, что в одной руке она сейчас держала оторванную голову такой же твари. Другую оттягивал тяжеленный инструмент, кажется, принадлежавший их инженеру.
Что-то глухо рыкнув, Шева кинула в монстра головой - тот машинально протянул лапы, ловя пресловутый предмет на длиннющие когти - но большего ей было и не надо, ведь монстр уже отвлекся. Она ломанулась вперед, занося резак.
Флавикус малодушно зажмурился, не желая на это смотреть. Открыл глаза он только тогда, когда услышал звук падения чего-то тяжелого.
Монстр бесформенной грудой, лишенной всякой угрозы, валялся на полу между турианцем и пилотом. Женщина еще разок полоснула тварь резаком и замерла, тяжело дыша. Ее плечи то поднимались, то опускались.
- О, да вы тут все живые? - в комнатку сунулся Картер, собственно, техник, - У-у, Шева...
Он аккуратно обошел ее, перешагнул через монстра, брезгливо поморщившись, и подошел к Руктусу.
- Ну что как, жив, здоров? - беззаботность этого индивидуума порой просто поражала Флавикуса.
Тем не менее, турианец осторожно отозвался:
- Да, я в по... в поряке. - он честно оглядел себя на предмет ранений, - Она... хм... хорошо с этой штукой обращается, да?
- С чем, с резаком? - Винсент хохотнул, - Дружище, да она его в первый раз сегодня утром увидела.
Руктус поимел неосторожность глянуть в сторону Шевы, которую они обсуждали, и натолкнулся на ледяной взгляд зеленовато-карих глаз, сейчас непроглядно-темных.
- Проблемы? - сипло уточнила женщина.
Турианец поспешно замотал головой. Он не был дураком, и прекрасно понял, что продолжение фразы должно звучать как-то вроде "Могу устроить".

@темы: mass effect, Шева, кирпичи

22:21 

Террор

Непродолжительный сон в отсеке жизнеобеспечения пошёл только на пользу. Лойла лежала на спине, вслушивалась в размеренное гудение и сама себе улыбалась. До неё доносились отдалённые голоса членов экипажа и скрежет из грузового отсека. Вынужденное бездействие многих выводит из себя, ожидание порой невыносимо. Но молодой убийце нравилось. Она смаковала, предвкушала, даже несколько злорадствовала. В надежде на то, что боги простят ей мот таланта и времени, девушка покинула обживаемый отсек и проскользнула к лифту.
Огромного труда ей стоило... нет, не набиться в экстренно сформированную команду корабля. У капитана, можно сказать, горели штаны, а от дрелла, желающего поступить на службу со щадящей ставкой, в таких ситуациях редко отказываются. Самым сложным было оказаться на корабле НЕЗАМЕТНО.
Она дождалась взлёта не только из прихоти. Путь, по самым наивным расчетам, предстоял неблизкий. Дело обещало быть нервным, до отстыковки планы менялись с истинно космической скоростью. А теперь всё кончено. Куда, скажите на милость, деваться с космического корабля? Есть, конечно, вариант, но на взгляд Лойлы всё ещё было не так критично.
Убийца кралась так, будто находится на настоящем задании, а риск погореть как никогда велик. Команде она почти не показывалась, дабы по кораблю не пошёл слушок, и теперь вовсе не хотела лишней (а, главное, громкой!) реакции. Ничто лучше мелочей не портит абсолютный триумф и истинно кинематографическое счастье.
Амокнир был благосклонен: на мостике никого из «посторонних» не оказалось. Память поколений, чутьё, инстинкты – называйте, как хотите. Это «что-то» велело Лойле искать укрытия и красться. Отражая подсознательные порывы, дрелл с радостным замиранием сердца шла прямо к креслу пилота. Бесшумно, привычно замкнув руки за спиной. За время ожидания она сотни раз представила себе, как это будет, но так и не смогла решить. Точно было ясно лишь одно – это будет исключительно.
Некоторое время убийца стояла буквально за спинкой кресла. Она созерцала такой знакомый и родной затылок Шевы, слушала, как та о чём-то эмоционально переговаривается с капитаном, и скромно улыбалась. Умение не привлекать к себе внимание, безусловно, является одним из ценнейших умений дреллов. Может даже, основным их достоинством.
Лойла искренне считала ныне кочующего пилота своей подругой, пусть та никогда особо не отвечала взаимностью. Но это ничего, люди странные. Молодая дрелл была более чем уверена, что Шева по ней скучает. На свой манер, конечно, но точно скучает.
Подтверждение тому не заставило себя долго ждать. Пилот вздрогнула, прервала свой разговор с нанимателем. Немного помедлив, нервно повела плечами, и резко, как только это возможно для человека, обернулась через левое плечо. Никого не разглядев, Шева вернулась в оптимальное положение и продолжила выяснять, кто и в чём конкретно не прав.
Лойла, вновь занявшая своё законное место, с долей тепла и заботы ожидала, когда светской беседе в капитаном придёт конец. Она так долго ждала этого мгновенья – что для неё пара минут?
Момент настал. Дрелл медленно протянула руку, чуть задержала её на уровне затылка жертвы. Привычным жестом, ласково, как мама, погладила Шеву по голове. Пилот застыла, и сделала глубокий судорожный вздох. Люди так содрогаются либо сдерживая ярость, либо испытывая глубочайшие страдания на уровне истерического припадка.
- Ну-ну, - мурлыкала Лойла, накручивая кудри на указательный палец. - Не переживай. Успокойся. Я с тобой.

@темы: mass effect, Лойла, Шева, кирпичи

Вдоводел и Мракобес Band

главная