Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:16 

Логейн наблюдал. Стоило попытаться взять небольшую передышку и выйти на прогулку, как умница Мэррик в момент нашел себе занятие.
На данный момент парень был занят тем, что помогал очаровательной дочке пекаря приладить отвалившуюся по вине неведомых хулиганов вывеску. Младший бодро болтал, орудуя молотком, девушка бурно восхищалась. Логейн сидел на бочке неподалеку и старательно не содрыгался.
Ему казалось, что из-за частых наблюдений за братцем он скоро просто сядет писать книгу "о душах странных и неподдающихся пониманию". Но что-то подсказывало, что он быстрее попортит рукопись об голову Мэррика, чем завершит ее.
Эта внезапно проявляющаяся склонность Мэррика выручать окружающих из различных ситуаций, причем с энтузиазмом, одинаковым вне зависимости от ее, ситуации, сложности, вызывала у Логейна даже не то, чтобы смятение. Просто каждый раз, видя, как парень довольно лыбится из-под маски, старший вспоминал события относительной давности, когда Мэррик буквально завалился на брата, открывшего ему дверь...

Мэррик почти завалился на Логейна, который только и успел открыть дверь. Еще не собрав в голове картину происходящего, старший отметил пронзительный запах крови. Затащил парня в дом, ногой захлопнув дверь, и отволок в комнату, к кровати. Только после этого решился его рассмотреть.
...определенно, ему было мало случая с почти рассеченной к Маферату ключицей. На этот раз придурошный почти сумел (явно старался) лишиться глаза. Карего, если вдруг кому интересно. Уже суетясь в поисках необходимого, Логейн вспомнил, как братишка любил шутить про разноцветность собственных глаз: "одним девушек впечатляю, а второй карий. Чтобы подмигивать такой красотой не жалко было". Ну молодец, что. еще немного, и подмигивать бы вообще нечем было.
Когда старший, нашедший все что нужно, вернулся к раненому, Мэррик безучастно смотрел в потолок. На брата он изволил обратить внимание, лишь когда тот над ним склонился. Но ничего не сказал.
Необычно.
Ничего не произнес парень и пока Логейн рассматривал рану, промокая тряпкой. Шипел, конечно, совершенно по-кошачьи, морщился, но стоически хранил молчание. Лишь когда увидел, как старший разбирается с ниткой и иголкой, сначала попытался слабо улыбнуться, потом охнул. Потом вдруг скривился, отведя взгляд, и едва слышно произнес:
- Защитил, называется... - далее последовали пара настолько крепких ругательств, что испытывающий себя в качестве врачевателя Логейн едва не уронил иголку.
Больше Мэррик ничего путного (и не путного, что удивительно) не сказал и вообще довольно быстро потерял сознание (или сначала изобразил, а потом увлекся).
Не отвечал он ни на какие расспросы и потом, начисто игнорируя воззвания к его совести, чувству долга и братской солидарности.


- Держится! - радостно объявил Мэррик.
И тут лесенка, которую он использовал, чтобы достать до нужной высоты, предсказуемо обвалилась. Она вообще-то с самого начала была довольно дохлой, но даже если бы Логейн предупредил, младший бы не внял.
Парень повис, держась за вывеску. Ослепительно улыбнулся перепуганной дочке пекаря:
- Не, правда держится. - и разжал руки, спрыгнув уже сознательно.
Выпендрежник.

@темы: досуг по-орлесиански, вопиюще третий брат, Логейн не содрыгается, dragon age

01:49 

- Смотри, смотри, Логейн! - Мэррик обеспокоенно глянул куда-то в сторону.
- Что там? - его брат обернулся в указанном направлении, но ничего не увидел.
- Там маленькая девочка, - терпеливо, как дураку, пояснил младший, - И она плачет.
- И что? - не менее спокойно уточнил Логейн, - Ты предлагаешь мне что-то с этим сделать?
- Она же плачет! - замахал руками Мэррик, - Но зачем мне напрягать с этим тебя? От одного выражения твоего лица ей будут сниться кошмары еще с месяц.
И, пока старший переваривал внезапное, как ушат мыльной воды из окна, оскорбление, лохматый братишка унесся спасать мир в масштабах одного-единственного ребенка.
Это было даже более странно, чем "теория стула", открытая Логейном ранее. Мэррик по своей сути - безмятежный идиот с кошачьими повадками и рефлексами убийцы. Вернее, он, конечно, умен, но применяет свои знания как-то исключительно невероятно. Но суть не в том.
Самым удивительным в младшем брате был постоянный контраст жестокости и участия. Еще минуту назад Мэррик со вкусом рассказывал, как согрешил с чужой девой, и его за это чуть не превратили в оригинальное украшение забора, и вот он бежит спасать маленькую девочку, слезы которой могут быть вызваны чем угодно, начиная от тумаков родичей и заканчивая плохим настроением без какой-либо внятной причины.
И что еще более невероятно (хотя, казалось бы) - дети к нему охотно тянулись. Вот и сейчас - мелкая сначала явственно пыталась идти на конфилкт, прогоняя парня размахиванием кулачками и топаньем ножкой, а уже пару минут спустя восседала на плечах у Мэррика с видом непередаваемо гордым.
- Это Джоанна. - важно пояснил умирающему от сотрясающих тело приступов скептицизма Логейну Мэррик, - И мы идем мастерить ей новую куклу, взамен утопленной.
Логейн молчал. И содрыгался.
- Ты не сможешь такую же сделать. - хихикая, запротестовала девочка.
- Малышка, в этом мире нет ничего, чего я не могу! - парень очаровательно осклабился, - Сейчас ты мне расскажешь, какая она была, и я тебе смастерю такую же, только лучше.
И смастерит, поганец, подумал старший брат. Вот только в мире все же есть одна вещь, которая Мэррику не под силу - быть нормальным.

@темы: магия имен, досуг по-орлесиански, вопиюще третий брат, Мэррик Мэррик, Логейн содрыгается

23:51 

В комнате было тихо. Логейн мирно шуршал, звякал и поскребывал инструментами, ваяя очередную маску. Мэррик сидел в углу комнаты, закинув ноги на свободный стол. Если бы не любовь брата - сразу бы без конечностей остался. Но Мэррик такие вещи чувствовал тонко (молодец вообще) и преспокойно этим пользовался. На данный момент предполагалось, что младший пришел сюда отсыпаться, будучи спокойным за сохранение головы на плечах, но он уже пару часов как проснулся и донимал Логейна сентенциями переменчивого уровня здравомыслия... если это слово вообще можно было применить к братишке.
- Ну, в общем, как-то так оно и вышло. - подытожил предыдущую историю Мэррик, немножко помолчал (не иначе, для эффекту), и вдруг добавил, - В храмовники, что ли, податься?
И тут было бы уместно написать "один из инструментов с тихим звяком упал на пол", но Логейн с Мэрриком общался много, часто, сквозь боль и страдания, а потому уже давным давно привык к таким вот вбросам. По большей части все эти неожиданные заявления были простейшими провокациями, но порой оказывались вполне серьезными идеями. Поэтому брат был больше увлечен определением грани между этими двумя состояниями рассудка младшего братца, чем удивлением звучащими репликами.
- Я прослушал. - наконец очень спокойно произнес мастер, - Обо что, говоришь, ты ударился головой сегодня?
- Об косяк, с утра. - послушно объяснил парень, приглаживая встрепанные волосы рукой (не помогло).
- Многое объясняет. - с убийственно серьезным видом покивал Логейн.
Мэррик, игнорируя недавний запрет, чуть уперся ногами в стол, слегка отталкиваясь. Очень любил качаться на стульях. Ломал их и просто падал неисчислимое количество раз, но все равно любил, умел, практиковал. Иногда Логейну казалось, что эта "теория стула" замечательно раскрывает какие-то фундаментальные черты характера младшего.
- Но я серьезно! - устав приглаживать волосы, парень занялся обратным - стал задумчиво запускать в них руку, старательно взъерошивая (выходило ловчее).
Ну вот, собственно, началось. Логейн украдкой вздохнул, сдувая прядь с лица. От работы он старался не отвлекаться, но его движения неуловимо стали мягче - конечно, инструменты он давно не ронял, но провокации младшего могут вывести из равновесия практически кого угодно.
- Прикинь, гордо-то как же! - взмахнул руками (едва не потеряв равновесие) Мэррик, - Сложная морда, тяжелое оружие, латы, сопротивление магии...
- ...юбки, зависимость от лириума, одержимые...
- Симпатичные магессы, опять же. - радостно завершил свое перечисление Мэррик.
Логейн закатил глаза.
- Тебе обычных мало?
- Ну, магессы, они, понимаешь ли, такие... ну... - Мэррик задумался, качнулся назад слишком сильно.
Старший брат вздрогнул, прикрыв глаза от раздавшегося грохота. Руки почти не дернулись, очередная маска не пострадала от братского произвола.
- С огоньком, короче! - завершил младший таким голосом, будто и не падал совсем.
- Да тебе только огонька и не хватало... - Логейн покачал головой, откладывая инструменты.
Если этого дурака не поднять, он будет валяться до тех пор, пока не придумает более веселое занятие.

@темы: "в общем, я ищу работу", вопиюще третий брат, масочных дел мастер, мечты абстену, разрушитель стульев

14:48 

Фенрис мучительно вспоминал, в какой же момент всё пошло не так. Есть ли его вина в том, что заплаканная эльфийка увязалась за ним, и теперь тоже находится в весьма затруднительном положении, пусть до конца и не осознаёт этого? А если всё действительно так, будет ли на нём ответственность за жизнь и здоровье Шани?
- Госпожа Защитница хочет обмануть нас?
Тевинтерский беглец старался не глядеть на сидящую перед ним женщину волком, да и вообще походить на необременённого злобой, но усталого с дороги наёмника. А убивать ему сейчас хотелось как никогда.
- Эйртре! – тот охранник магессы, что был явно смелее (и глупее), сделал шаг в сторону эльфов. – Как ты смеешь сомневаться в госпоже Хоук?
Фенриса при произнесении фамилии подруги чуть не передёрнуло, но он сделал над собой усилие и внешне остался невозмутимым. Мечник смекнул, что Эйртре сейчас – его фамилия и обеспечение легенды. Шани пряталась у него за спиной и хранила молчание, что было очень кстати. Сейчас нужно сделать всё правильно.
- Что вы? – как некстати вспомнился Варрик с его умением невозмутимо, быстро и много врать. – Я всего лишь хотел сказать, что госпожа Защитница наверняка не знает, как был сложен и далёк наш путь.
Фенрис и сам даже примерно не представлял какое расстояние и какие трудности пришлось преодолеть для того, чтобы магическое кольцо было доставлено в Ансбург. Старшему брату кудрявой девушки даже случилось из-за этого умереть. Хотя, об этом пока ещё никто не знает.
Развалившаяся в «кресле» темноволосая женщина задумчиво качала ногой. Бывшего раба так и подмывало эту ногу незнакомке отрубить, но время было неподходящим. Знакомый королевский лучник часто говорит, что Создатель вознаграждает терпеливых. Оставалось лишь надеяться на то, что награда не заставит пожалеть.
- Эльф прав, - смилостивилась самозванка. – Удвойте плату за мой заказ. Я останусь благодарна.
«Недолго тебе осталось» подумал угрюмый воин, принимая мешочек с монетами. Учтиво кивнув, Фенрис медленно, заодно оглядываясь и считая вооружённых людей, обернулся к своей спутнице. Передал кошелёк ей в руки и пристально взглянул в растерянные фиалковые глаза.
- Шани, - ОЧЕНЬ спокойно начал он. – Пожалуйста, возьми деньги.
Удивлённая девушка приняла кошелёк и тут же убрала его в сумку. Эйртре хотела что-то сказать, но тевинтерец её перебил:
- Возвращайся в «Угол», я скоро вернусь. Ты ведь запомнила дорогу?
Вопрос был задан таким образом, что даже если бы Шанаэ не имела ни малейшего представления о том, куда идти, никаких вариантом, кроме как согласно закивать и ретироваться, у неё не было.
- Хорошо, - эльф кивнул и указал в сторону выхода. – Иди. Будь осторожна.
Пока что всё шло… нормально. Стоило Эйртре скрыться за ведущем к лестнице повороту, Фенрис развернулся в и один прыжок оказался перед лже-Хоук.
- А теперь, презренная, обсудим твою смерть.
Презренная, к слову, умирать не спешила. Её немногочисленные, но убеждённые соратники также доставляли некоторые проблемы. Особую сложность представили собой случайные свидетели стычки и те горожане, что в происходящем участвовать не хотели. На удивление человеколюбивому Фенрису стоило большого труда перевести внимание перепуганной магессы на себя, тем самым избегая случайных жертв. Высунувшись из-за послужившего ему укрытием колодца, эльф чуть не получил ледяным осколком размером с кулак.
- И не старайся, женщина! – мечник рассчитывал, где самозванка появится в следующий раз. – Настоящая Хоук мне бы уже голову снесла!
Ситуация была сложной, но не смертельный. Лириумный призрак расправился со своими противниками, пусть и ничего против них не имел. Его единственной целью была женщина, нашедшая наглость воспользоваться именем Защитницы. Есть уйма причин по которым самозванке не стоило так рисковать. Но, быть может, ей в голову не пришло, что громкое звание обеспечивает не только привилегии. Прискорбная последняя ошибка.
Фенрис опёрся на меч и, прихрамывая, направился к подъёму на улицы Нижнего Города. До «Угла» не так долго добираться, как могло бы быть.
- Фенрис?..
Эйртре оказалась не такой сговорчивой, как хотелось бы. Всё это время она просидела за лавкой у лестницы и наблюдала за происходящим. А теперь с нескрываемой смесью страха и сочувствия глядела на разбитый бок мечника. Ну, и что прикажешь с ней делать?
- Т-тебе больно? – сдавленно спросила она.
- Всё в порядке. Вернёмся в таверну.
Тевинтерцу очень хотелось в тишине добраться до комнаты, где можно уже спокойно сесть, обработать рану и обдумать произошедшее. Но в обществе Шанаэ это, видимо, невозможно.
- Зачем ты это сделал?
Фенрис устало вздохнул. Помолчав какое-то время для порядка уточнил:
- О чём именно ты говоришь?
Девушка, заламывая руки, повернула голову и сделала вид, будто бы ничего интереснее заколоченных окон в жизни нет.
- Ну… о той женщине, которая Хоук.
В первую очередь эльфу пришло в голову разумно не начинать эту тему. Какой толк в пустом разговоре со спутницей, с которой не сегодня, так завтра, разойдёшься?
- Это была не Защитница. Я лично знаю Хоук… И не хочу, чтобы кто-то использовал её имя в своих целях. Это опасно.
Эйртре хмыкнула и плотнее замоталась в шерстяной платок.
- Тебе правда не сильно больно?
- Всё в порядке.

@темы: dragon age, Шани Шани, тевинтерское правосудие

01:44 

Ради Создателя…
Фенрис не был уверен в том, сколько прошло времени с начала их разговора. Он, конечно, ещё утром предупреждал, что задержится. Но вид затухающего за окном заката особой бодрости не добавлял.
- Не поминай имя Его всуе, - шурша страницами уже проклятой тевинтерцом книги отозвался Себастьян. – Мы будем свободны только когда разберёмся…
Комбинация, следует отметить, безупречная. Бывший раб ухмыльнулся, не найдя в себе сил для колкости. Как только (а есть надежда на то, что это вообще случится!) они прояснят все вопросы, его, Фенриса, свобода как раз закончится. Все это знали. Даже уловивший роковую двусмысленность своих слов монарх.
- Согласись, - примирительно продолжил Ваэль. – Мы должны разобраться...
- Мы никому ничего не должны, - хмурый мечник в это действительно верил. – Я равнодушен к условиям.
Книга рисковала воспламениться под его взглядом. Вероятнее всего от подобной участи её оберегал благословенный дух королевской семьи.
- Фенрис, - лучник указал на открытую страницу. – Всё это – традиции твоего народа.
Сотню раз Себастьян сказал это за сегодня. И сотню раз не произвёл на своего друга никакого впечатления.
- Да мне наплевать на то, что по поводу свадьбы думают в эльфинаже. – Фенрис откинулся на спинку кресла.
Ваэль покачал головой и добро улыбнулся. Это могло значить всё, что угодно.
- Прости мою самонадеянность, друг, - бархатно начал он. – Но мне кажется, что Шанаэ долгие годы жила в эльфийской части города, и была приобщена своими близкими к определённым ритуалам.
Вот ведь. Тевинтерец красноречиво поднял глаза к потолку, после чего сумел лишь с раздражением отмахнуться. Раз так к вопросу подходить, то с самого начала. Солнце почти что погасло.
- Итак, ещё раз, - Себастьян склонился над книгой и провёл пальцем по первой строке. – Ответственными за помолвку считаются родители жениха или же те, кто его воспитал…
Эльф сдвинул брови в ожидании услышать пугающее в неисчислимый раз. И он услышал.
- Это могу быть я, - немилосердно заявил король, и сразу же продолжил. – Моей первой обязанностью будет обращение к родителям невесты или же тем, кто её опекает. Кто у Шани самый близкий родственник?
- Я, - голос Фенриса прозвучал практически беззлобно. – Я опекаю Шани.
Ваэль тяжело, так, будто бы весь день нёс на себе и книгу, и мечника, вздохнул. Перевернул страницу и прочитал отрывок, который они оба за сегодня почти что выучили.
- Не получается… Стало быть, она – сирота.
Это прозвучало так двусмысленно и обречённо, что Фенрис снова ничего не сказал. Главное – побыстрее со всем этим покончить. Очень хотелось вернуться домой до полуночи.
- В случае, если семья жениха желает принять сироту, они должны обратиться к старейшине общины или иному, ответственному за судьбу жителей…
На королевском лице мелькнула тень, указывающая лишь на одно: в эту минуту Себастьян почувствовал первый укол подозрений. А возможный жених уже всё понял, и просто ожидал развития мысли.
- … Что, выходит, тоже я.
Фенрис криво улыбнулся и скрестил руки на груди. Нет, разворачивающаяся логическая драма его вовсе не веселила. Но ничего больше сделать он не мог.
- Ну, что, позволяешь сам себе заключить брак между двумя, представленными тобой, сторонами?
Хамить королю – изумительно. Сколько бы раз (часто не получается) ни делать это, а каждый раз новые ощущения.
- Безусловно… Но как я буду сам себе выплачивать выкуп?
По всему выходило, что сегодня зал совещаний они не покинут.

@темы: прямо в сердце, dragon age, тевинтерский жених, старкхевенский купидон

00:05 

Шанаэ сложила ручки на коленях.
Она до сих пор не могла поверить, что это все происходит на самом деле. И когда она поглядывала на Фенриса, хранящего традиционно сложное выражение лица, ей почему-то казалось, что ее (теперь уже) муж с ней солидарен.
Эльфийка зарделась, по привычке на мгновение спрятав лицо за хрупкими ручками. Впрочем, тут же смущенно опустила их обратно, улыбнувшись кому-то из гостей, обративших на нее в этот момент внимание, почти виновато. Происходящее было слишком прекрасно, чтобы в него поверить. А если все же верить, то становилось почти неловко оттого, что столько счастья - и вдруг ей одной. Девушка взглянула на Фенриса, который что-то отвечал Варрику, старательно строя при этом менее сложное, чем до того, лицо.
Казалось, счастливой ее делает даже просто то, что она на эльфа смотрит.
Шани тихо фыркнула своим мыслям, расплываясь в широкой улыбке, и, дождавшись, когда гном отвлечется, аккуратно подергала мечника за рукав.
- Фенрис, эй, Фенрис! - заговорщически прошептала она, весело глядя на тевинтерского беглеца, - Знаешь, у меня есть за-ме-чательная мысль!
Наемник терпеливо ожидал. Кажется, он одновременно и боялся услышать, что напридумывала его трогательная жена, и неистово желал отвлечься от происходящего. Шани, помнившая болезненную реакцию эльфа на всего пятерых гостей, состояние Фенриса понимала прекрасно. И как раз это и собиралась исправить. Притом весьма изящным методом, многие из присутствующих в итоге оценят, если узнают.
- Фенрис, а давай сбежим? - продолжила шептать эльфийка.
- Что? - тупо уточнил бывший раб, задумчиво убирая с лица Шани выбившийся локон.
- Ты же слышал. - не попалась на древнюю как их знакомство уловку Шанаэ, - Пойдем, пойдем! Никто не заметит, а ты, кажется, устал от чужого общества.
Вопиюще тевинтерский (даже в приличной свадебной одежке) мечник не стал упоминать, что устал он еще с тех самых пор, как Себастьян начал намекать на то, что Фенрису пора узаконить их с Шани отношения. Еще когда он стал НАМЕКАТЬ, потому что нынешнее состояние было близко уже к моральному истощению, а не усталости. И если для Шани мысль сбежать была интересна и свежа, то в светлую (вернее уж, седую) Фенрисову голову она приходила чаще, чем кто-то из гостей подкармливал Руса, жалобно постреливавшего глазками (от Трэва понабрался, зараза). НАМНОГО чаще. Можно даже сказать, ПОСТОЯННО о ней думал.
Но озвученная Шанаэ, идея звучала как-то иначе. Возможно, потому что в отличие от мечника, девушка испытывала озорной азарт, а не безграничное, не менее, чем сам Фенрис, вопиюще тевинтерское ОТЧАЯНИЕ.
Пока мужчина думал, Шани времени даром не теряла. Лучезарно улыбнулась перепуганному насмерть Трэвансу, оккупированному Хоук прочно и надолго (бедняга просто не знал, что иначе за него взялась бы Изабелла, а это НАМНОГО ХУЖЕ), она соскользнула со стула, обеими ручками обхватила ладонь Фенриса и легонько потянула, вынуждая подняться следом.
Оказавшись за пределами отведенной под праздник местности (Шанаэ долго, заливисто смеялась над оброненным кем-то "резвильным местом"), Фенрис почувствовал себя лучше. Шанаэ же тихонько посмеивалась, выглядя еще более довольной жизнью, чем до того, что, казалось бы, весьма невыполнимо.
- Это... - стирая выступившие от смеха слезы, проговорила эльфийка, - Было весело. Разве нет?
Она взглянула на собеседника и остановилась. И некоторое просто время молча смотрела на Фенриса. Кажется, она уже думала совсем не о том, что он мог бы ответить на ее полуриторический вопрос. Выражение ее лица постепенно менялось. В фиалковых глазах отражались эмоции, которые Эйртре раньше не демонстрировала.
- Фенрис... - позвала девушка, - Наклонись ко мне, пожалуйста?
Когда эльф выполнил ее просьбу, Шани, привстав на цыпочки, обвила его шею руками и ткнулась носом в щеку мечника.
- Я могла бы сказать, - серьезно начала она, прикрыв глаза, - Что это лучший день в моей жизни. Но это будет ложь. Я могла бы сказать, что лучший день в моей жизни - когда мы познакомились. Но и это неправда. Я скажу: спасибо тебе большое. С тех пор, как мы встретились, моя жизнь стала совершенно другой.
Щеки тевинтерского беглеца аккуратно коснулись теплые губы.
- Я очень сильно тебя люблю. - куда более привычным, очень по-Шаниевски подрагивающим от переизбытка эмоций, голосом добавила она, - Только ты не теряйся, хорошо?

@темы: тевинтерский жених, старкхэвенский купидон, воробушковая невеста, Шани Шани, dragon age

22:57 

Эльфийка поглядывала на девушку, но та хранила абсолютное молчание, безучастно глядя в сторону. Иногда, когда нитка дергалась слишком резко или движение в целом выходило недостаточно осторожным, Кичи вздрагивала, прикрывая глаза, но продолжала молчать.
Откровенно говоря, Шанаэ это пугало куда больше, чем если бы подопечная вскрикивала или плакала. В этом случае хотя бы можно попытаться успокоить, можно поддержать... В этом случае понятно, что происходит. А Кичи не вымолвила ни слова с тех пор, как опустилась на лавку перед Шанаэ, позволяя обработать рану.
И сейчас Шани сидела, ловко штопая свою пациентку, и, чуть хмурясь, размышляла, в чем же здесь дело - то ли у Кичи такая выдержка, то ли и впрямь боли почти не чувствует. И что бы это все могло значить?..
Сегодня был очень, очень неудачный день. Эйртре придерживалась позиции нездорового жизнелюбия, но про сегодня иначе просто не скажешь. Это было ужасно. И если на типичные для рынка грубость и нежелание окружающих решать проблемы мирно, то когда в подворотне они с Кичи наткнулись на вооруженную троицу...
Шани беспокоилась еще и о нескольких моментах - во-первых, она пропустила момент, когда у девушки в руках появился нож (что навевало мысли невеселые в сочетании с тем, как она с ним обращалась), а во-вторых, Шанаэ думала, что не способна никому причинить вреда. Но когда брюнетка стараниями одного из двух (к тому времени) оставшихся в живых грабителей оказалась сначала обезоружена, а потом сильно ранена вторым - Шани сдалась. Она не очень помнила, как именно подскочила к парню и как двинула его котелком. Очень старательно жмурилась, но, судя по залихватскому звону, попала основательно.
Зато прекрасно помнила, как кричала имя тевинтерского мечника, чью сумрачную фигуру совершенно случайно увидела в видимой с ее положения части оживленной улицы.
- Знаешь... - тихо произнесла Шани, чьи губы едва заметно дрожали, - Ты такая храбрая. Я очень тебе благодарна.
- Нас обеих спас Фенрис. - безучастно произнесла Кичи, даже не взглянув на эльфийку.
- Нет, ты не понимаешь. - Шанаэ тихо всхлипнула, - Я бы так не смогла.
Она опустила руки - ее работа здесь была закончена.
- Просто не смогла. Фенрис постоянно меня спасает. Я... я вообще не умею себя защищать. Знаю, что это очень плохо, но...
Кичи подняла взгляд, очень пристально посмотрев в наполняющиеся слезами глаза собеседницы.
...реальность плыла, дробилась, перекатывалась легким морозом по позвоночнику. И перед мысленным взором представали то брызги крови на замызганной стене, то чьи-то пронзительно-голубые глаза, то заплаканное лицо эльфийки, сидящей перед ней.
Девушка вздохнула, потом подалась к Эйртре, обнимая ее.
- Это не плохо, Шани. - тихо произнесла она, - Это совсем не плохо, что ты не можешь убивать.

Кичи сидела на полу. Не потому, что Рус, нет, Руса не было и близко - и он, и его бравая хозяйка отсутствовали по делам.
Девушка просто сидела на гладких досках и боялась пошевелиться. Ее душевное и телесное наконец-то пришли в хрупкое состояние равновесия, и теперь брюнетке казалось, что нарушить его может даже неосторожный вздох.
Ничего не понятно. Выходить из дома нельзя. Узнать они ничего не могут. Так и сидят с Шани взаперти, как два оставленных дома несмышленых котенка, и покорно ждут разрешения сложившейся ситуации. Шани это переносила намного хуже, чем ее не слишком нормальная, но очень сдержанная подруга по несчастью. Эльфийка добрые пару часов ревела в плечо брюнетки, что-то сбивчиво рассказывая - постоянно сбиваясь, перескакивая с темы на тему. То жалуясь, то начиная невпопад извиняться. В конце концов, она все-таки заснула. Вернее, провалилась в сон, и спустя какое-то время Кичи просто не хватило сил смотреть, как она даже во сне начинает тихо плакать, иногда - метаться.
Девушка поняла, что если посидит с беспокойной Эйртре еще хоть немного - и сама провалится в то же состояние.
Ей не хотелось думать, что это значит.
"И не узнает она страха смерти, ибо Создатель
Станет её маяком и щитом, мечом и опорой. " - прозвучал в и без того переполненной мыслями голове подозрительно знакомый голос. Кичи замерла почти рефлекторно, вслушиваясь в эхо когда-то произошедшего разговора.
Ей одновременно стало и жутко страшно... и как будто бы немного легче.
На мгновение. Потом горло противно сдавило, а ощущение хрупкого равновесия разлетелось вдребезги. Истаял образ уверенного в своих словах собеседника, из чьих уст так болезненно неуместно прозвучало ее имя.
Ее маяком? Ее щитом, мечом, да еще и опорой? Да пошло оно все к Маферату!
Не вставая с колен, девушка вслепую нашарила рукоять ножа. Сжала покрепче. Возможно, она плакала. Это было совершенно не важно.
Ей не надо меча, щита и опоры. Ей не надо защиты, не надо счастья, не надо маяков...
Лезвие рассекло первые стежки, наложенные ранее старательной Эйртре. Кичи тихонько всхлипнула и дернула рукой, утапливая нож в ране. Ей казалось, что она словно бы ломает некую клетку, выпуская на волю бьющуюся взаперти птицу.
Девушка тупо смотрела, как кровь стекает по руке. Щекам тоже было мокро, и это приводило брюнетку в искреннее недоумение.
Тем не менее, она продолжала повторять пришедшую в голову мысль.
Ведь не важно, совсем не важно, что будет с ней - видишь, Создатель: не важно?! - пусть лучше он будет мечом, щитом и опорой двум щепкам, случайно влетевшим в крутой водоворот.
Лишь бы вернулись живыми.
- Что ты делаешь? - полный ужаса вскрик подействовал не хуже пощечины.
Кичи повернулась к Шанаэ и, растянув непослушные губы в улыбке, произнесла, с простой и отчаянной решимостью, будто делая шаг, после которого нет возврата:
- Молюсь.

@темы: dragon age, о, этот сложный мир, пиздец по-старкхэвенски, прямо в сердце

02:56 

Кичи сидела, глядя в стол пустым немигающим взглядом. После всего, что успело произойти, в доме наконец-то снова было тихо.
Нет, не так.
ТИХО.
Девушка глянула на второго человека, сидевшего напротив, и снова поспешно зарылась взглядом в деревянную поверхность стола. Она почти что боялась даже дышать. Замерла, пристроив лицо на немеющих от волнения руках - словом, старательно так не отсвечивала. Наверное, лучше было заговорить. Взять пример с Шани, вытащить на свет какие-нибудь тайные таланты в области дипломатии... Однако брюнетка, откровенно говоря, боялась. Она не была уверена, что его взрывное величество не рванет просто от того, что девушка посмела заговорить, и...
- Ты не похожа на обычную богохульницу.
Кичи дернулась от неожиданности, едва не уронив подбородок с рук. Мысли рассыпались в стороны, как перепуганные цыплята.
- З-значит, я не обычная. - совершенно севшим голосом отозвалась она, все еще не поднимая глаз.
- Для бездумно отрицающей Создателя ты неплохо подкована в вопросах веры. - настойчиво продолжал мужчина, - Ты была причастна к церкви?
- Нет, Ваше Величество. - сложив руки на коленях, чтобы избежать соблазна потянуться к оставленной на столе вилке, ответила девушка.
- Очень мило с твоей стороны вспомнить о моем статусе именно сейчас. - в голосе монарха, уже почти восстановившем бархатное спокойствие, послышался намек на насмешку.
Брюнетка сверкнула глазами, бросив на собеседника короткий взгляд. Снова подавила намерение потянуться за вилкой - единственным острым предметом в пределах досягаемости. Она сейчас остро жалела, что Руса нет поблизости. Почему-то в присутствии этого пса ей было куда легче держать себя в руках.
- Я не забывала об этом.
Повисшая следом тишина стала неплохим поводом немного расслабиться. Девушка, прикусив губу, рассматривала собственные руки, стараясь не думать о пронзительно-голубом цвете глаз собеседника. Так было легче. Чуточку. Что всегда лучше, чем ничего.
- И все-таки, что увело тебя прочь от веры?
Кичи едва подавила порыв грязно выругаться. Помнится, хозяйка запрещала ей сквернословить - кроме тех случаев, когда несоответствие красоты брюнетки и уродства изрекаемых ею выражений могло быть уместно. Причем конкретных критериев подобного момента не было, а стоило ошибиться - и кара следовала незамедлительно, в виде не слишком сильного, но очень обидного шлепка по губам. Как с маленьким ребенком, право слово.
- Есть вещи... - девушка сама заметила, как глухо прозвучал ее голос, - Которым просто нельзя позволять случаться, если ты действительно любишь свой мир.
- То есть, - помолчав, протянул Ваэль, - Ты думаешь, что в силах поставить себя на Его место, определяя, чему случаться позволительно, а чему - нет?
В голосе монарха прозвучало что-то, похожее на... бессильную злость? Глухое раздражение? Затаенную боль? Но он слишком хорошо держал себя в руках, чтобы Кичи смогла понять точнее. А посмотреть на Себастьяна она по-прежнему не решалась даже вскользь. Его глаза становились особенно голубыми, когда король злился, это она уже успела заметить на примере недавней ситуации...
- Просто. Такого. Случаться. Не должно. - исступленно повторила Кичи, реальность которой медленно начинала расползаться, как оставленный под дождем пергамент, - И все тут.
- Если Создатель начнет носиться с нами, как с детьми...
- А разве мы не его дети? - забывшись, уточнила брюнетка, в голосе которой на мгновение отчетливо проступило отчаяние.
- ...разве научимся мы тогда хоть чему-нибудь? - невозмутимо закончил оборванную вопросом фразу ее собеседник.
- Не каждая вещь может стать уроком. Не каждую стоит в него превращать. - Кичи вскинула взгляд вверх, будто рассчитывала увидеть сквозь потолок небо, и там, в небе - лицо раскаивающегося Создателя, не меньше.
Снова тишина. Потом жалобный скрип стула. Кичи вскинула взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчина неторопливо обходит стол.
- Ты не отказалась от своей веры, не так ли, Кичи?.. - ее нелепое имя было особенно нелепым, будучи произнесенным таким голосом, - Ты находишься в тени сомнений, и она отгораживает тебя от Его света. Ты не отринула Создателя, это вопросы держат тебя в плену. Вопросы, ответы на которые ты так яростно ищешь в однажды заученных текстах. И боишься случайно их найти. Между прочим, малодушие - грех.
Девушка вцепилась пальцами в край стола, глядя в сторону мужчины чуть исподлобья. Ей казалось, что если он подойдет еще чуть ближе, то она либо сбежит, либо просто неуклюже свалится со стула, если ноги подведут.
- Много есть таких, что бредут в грехе,
Отчаясь, что погублены навек,
Уже с первых слов брюнетка узнала гимн. Ее затрясло. Она приоткрыла рот, что-то собираясь сказать, осеклась, затравленно глянула на почти подошедшего к ней Ваэля. И замерла, моментально утонув в болезненной голубизне его глаз.
- Но та, что отвергает, что верит,
Не устрашаясь тьмы мира,
Пожалуй, давно девушке не было настолько плохо. Она, слабо усмехнувшись, стала эхом повторять за говорящим, все сильнее проваливаясь в прошлое, еще глубже, дальше уроков с хозяйкой, настаивавшей на изучении Песни Света, несмотря на то, что нерадивая ученица на некоторых гимнах сдавалась и начинала заходиться в беспомощном плаче.
"И огонь ее - вода"... Кичи держалась за стол так, будто бы это последняя точка опоры во всем свете. И если сейчас разжать пальцы - она просто утонет в бесконечном ужасе, плещущемся вокруг.
И огонь ее - вода. В темных, почти черных глазах Кичи полыхал давно, казалось бы, отгоревший свое пожар.
- И не узнает она страха смерти, ибо Создатель
Станет её маяком и щитом, мечом и опорой. - Себастьян оперся рукой о стол, не делая, к вящему счастью (если бы, конечно, она была в состоянии это осознать) Кичи попыток шагнуть еще ближе.
А девушка еще раз взглянула на него, сделала жалкую попытку улыбнуться и самозабвенно разревелась, вполголоса неразборчиво проклиная все на свете.

@темы: пиздец по-старкхэвенски, напалмовое величество, голубоглазое коварство, dragon age

23:56 

Это опять случилось. Астэ хотела потереть кончик носа, но только сильнее размазала кровь по лицу. Кажется, она попала в помутившийся левый глаз. Очень болело сердце. Оно колотилось так сильно, что Астэ от каждого удара вздрагивала всем телом и жалобно вздыхала.
Плакать не было сил, пускай было очень и очень грустно. Сил вообще хватало на малое количество вещей. Держаться на ногах, время от времени глядеть по сторонам и тащить за руку мертвеца. Наверное, ей было бы много страшнее, если бы мёртвый воин был без брони. А так: тянула безвольное тело за ремни на перчатках, и вроде бы ничего.
Девочка приговаривала «бедный господин, бедные все» и с сопением тянула свою ношу в сторону не просто так. Это она так старательно вызволяла потерявшего сознание Андерса из под трупа своего возможного спасителя. У Биард было много причин бояться Справедливости, но прятаться от него почему-то не хотелось. Либо она не верила, что беспокойный дух, убеждённо называющий себя Андерсом, способен причинить ей зло, либо подозревала, что всё одно не сможет убежать. Как бы то ни было, своей бездумной атакой мужчина, что пытался их убить, спас крохотную отступницу от... Чего-то скверного.
Выпустив тут же бухнувшую об каменный пол руку, Астэ в очередной раз огляделась. Коридор был страшным. Много тел, всё залито кровью. И дышать, очень тяжело дышать.
А ещё все убежали. Надеяться на то, что они вернутся, увы, не приходилось. Маленькая ферелденка не могла их винить: Справедливость очень страшный, его не стыдно бояться. Но зачем бояться самого целителя и уходить, отказывая ему в помощи? – Непонятно.
Обидно до слёз, если честно. Андерс так старается, делает для них больше, чем может. А они не доверяют, перешёптываются, говорят ужасные вещи и предают. Совсем недавно маги прекратили убеждать Астэ в том, что с андерсом лучше даже не разговаривать. Они говорили про то, что он её погубит, и предлагали помощь. Вот зачем говорить глупости, ничего толком не зная? Только и умеют, что судить.
Вставать перед до сих пор не открывшим глаз целителем на колени девочка не решалась, ибо боялась потом просто не подняться. Подойдя к Андерсу, отступница протянула руки перед собой и стала творить исцеляющее заклинание. Маны на него только-только хватило. Когда уже стало казаться, что сил нет и на дыхание, мужчина открыл глаза.
- Что случилось? – Он резко сел и мотнул головой. – Ничего не помню. Что я сделал?
Астэ измученно улыбнулась оклемавшемуся магу, но ничего не ответила. Наверное, именно это его и напугало более прочего.
- Я... – Наконец, он заметил мёртвого воина и прочие лежащие в коридоре тела. – Это снова был Справедливость.
В такие моменты казалось, что некогда доброго духа боится только Андерс. Таким напуганным он выглядел. Переведя взгляд на измазанную кровью магессу, он взял её за плечо и притянул к себе, чуть не уронив.
- Астэ! Ты ранена?
Блондинка отрицательно мотнула головой. Мир вокруг ухнул и на секунду стал белым-белым. Это всё от недостатка крови. Так объясняла старая Мэрон.
- Где все? – В голос целителя вернулись командный тон.
Очень странный вопрос. Девочка наклонила голову набок, мазнула взглядом по стенам. Ничто не натолкнуло её на ответ, отличный от очевидного.
- Ушли.
Почти осмысляющий происходящее маг потёр виски. Хмыкнул, попытался встать. Зацепившись сапогом за латы мёртвого мечника, рухнул обратно.
- А ты почему с ними не пошла?
Такие глупости спрашивает. С чего бы это? Астэ рассеянно пожала плечами, и тут же пожалела о том, что стала тратить силы хоть на какие-то движения. Лицо андерса, ровно как и всё вокруг, на какое-то время сделалось бледным и неразборчивым. В ушах гудело.
- Они меня не взяли.
Андерс так долго сидел с приоткрытым ртом и широко распахнутыми глазами, что девочка всерьёз обеспокоилась. Несмотря ни на что.
- Как ты себя чувствуешь, Андерс? – Слова будто бы были произнесены не ею самой, а кем-то издалека.
- Я... Нормально.
- Хорошо.
Астэ не почувствовала, как упала на пол.

@темы: маги - гады, Астэ Астэ, Андерс дурак, dragon age

23:37 

Астэ хихикнула.
- Знаешь, что я подумала, Кайлан?
Мечник старался сохранять непроницаемое выражение лица и помалкивать, ибо ну очень (ну вообще, ну до смерти, ну критически, ну ваще бритва) болела спина. Создавалось впечатление, что Андерс не лечит след от скользящего удара прямо промеж рёбер, а совсем наоборот.
- И что же ты... Обоссы меня Создатель!... Подумала?
Девушка, сидящая перед ним на полу обхватив руками собственные колени, качалась из стороны в сторону. Почти что белые волосы переливались в свете солнца, оттеняя голубизну улыбающихся глаз. Румянец на щеках отступницы был чуть заметным, но на удивление уместным. В полутьме Убежища такого не разглядишь.
- Я подумала, что ты путешествуешь с нами уже о-очень долго.
- И это тебя удивляет? – Синхронно, но с вопиюще разнящимися интонациями вопросили мужчины.
Многозначительно взглянув на спутников, Биард звонко засмеялась. Даже, кажется, вытерла набежавшую слезу.
- Нет! Мы же, выходит, росли вместе. Правильно я говорю?
Молодого орлесианца это почему-то смутило. Он кашлянул, взглянул куда-то в сторону, и даже почти позабыл, кто стоит у него за спиной.
- Ну, правильно. – А дальше было просто интересно, невозможно не спросить. – А к чему ты об этом, солнце?
- Ты же мне, получается, как брат!
С Андерсом что-то случилось. Он издал вопль, отдалённо напоминающий победный клич. Но что кричит Старый Король при победе над бесчисленными врагами, Кай знал не понаслышке. Так что природа и значение этого звука остались для него почти что загадкой. Более того, расслышать со всей полнотой ему помешал треск, издаваемый уходящим в область живота сердцем.
- А ведь ты права, котёнок! – Маг хлопнул Текхо по почти зажившей спине, что добавило тому незамутнённой радости. – Как я сам не подумал? Ты просто умница!
- Ага, ещё какая умница...
Кайлан лёг на землю и притворился мёртвым. Так проще.

@темы: пнуть орлесианца, папочка Андерс, дистиллированное орлесианское страдание, dragon age

21:10 

- Значит, ты не веришь. - подытожила Ласерта, с ногами забравшаяся на лавку.
Ее собеседница смирно сидела на полу, перелистывая какую-то книгу. Брюнетка часто пренебрегала мебелью, если Эва не уносила с собой Руса по делам, и пес оставался с ней. Тогда Кичи игнорировала мебель, присаживаясь на пол рядом с животным, приваливалась боком к псу и смирно медитировала. В такие моменты она была почти не странной и совершенно безобидной.
- Не верю. - ответила девушка почти шепотом.
Она не отрывала взгляда от пожелтевших под гнетом времени страниц.
- Отрицаешь, стало быть, существование Создателя, его мощь и силу? - в голос отступницы с каждым словом примешивалось все больше яда, - Отрицаешь величие фигуры Андрасте?
- Нет. - односложные ответы явственно демонстрировали нежелание девицы общаться.
Ящерку, понятное дело, это забавляло. Она долгое время пыталась понять, способна ли эта тихая дева на какие-либо эмоции. И наконец, случайно услышав их с Эвой разговор, нашла тему, которая Кичи раздражает. И как раз собиралась посливать накопившееся за последнее время поганое настроение.
- Но ты же не веришь? - уточнила одержимая, склоняя голову набок; встрепала рыжие лохмы рукой, - Хотя частенько поминаешь Его в разговоре, между прочим. Я заметила.
- Какая ты внимательная... - бегая темным как безлунная ночь взглядом по страницам, протянула Кичи, - Я не отрицаю Создателя и Его Невесту как высшие сущности, я отрицаю их в качестве сил, заботящихся об этом мире.
- Во-от как... - осклабилась Ласерта, отдавая себе отчет в том, что занимается ужасно скверными вещами, - И чем же тебе Он так насолил? Не бдит денно и нощно, чтобы ты ни в чем не нуждалась?
Кичи дернулась, с тишайшим хрустом чуть надорвалась страничка, уголок которой сжимали ее тонкие пальцы.
Она, наконец, посмотрела на магессу. В глазах брюнетки плескалось что-то, вызывающее у Ласерты ассоциации с Тенью.
- Тебе совершенно не важно, что я отвечу.
- Отчего же! - окончательно развеселилась Ящерка, - Наоборот, мне интересно. Ты уж прости, но зачастую те, кто отказываются от веры, либо просто конченные, либо сами ищут себе оправдания в каком-либо вопросе. Вроде как "это не я плохая, это мир, существующий волей Создателя, такой несовершенный!".
Кичи снова неприятно дернулась, очередной раз порадовав злобную рыжую ведьму. Рус приподнял тяжелую голову от лап, но девушка против обыкновения не отреагировала на него. Она смотрела в лицо отступнице, и ее лежащие на страницах руки были крепко сжаты в кулаки.
- А мне интересно другое... - постепенно начинающим звенеть от разгорающейся внутри брюнетки злости голосом начала Кичи.
- Что же? - снисходительно поинтересовалась Лас, еще не чувствующая подвоха (ко всему прочему отчаянно подстегиваемая Ненавистью).
- Какие оправдания себе находят те, что продолжают верить, истово богохульствуя и совершая противные Ему действия.
Ласерта скривилась.
- Только то, что я маг, живущий и функционирующий вне Круга...
Бледные губы Кичи, до того нервно сжатые, вдруг растянулись в улыбке. Очень... нездешнее впечатление производила девушка в такие моменты. Если точно не знать, что человек - и не поверишь.
- Магия существует, чтобы служить человеку, но не чтобы править им. - нараспев произнесла она.
Ящерка, еще не сообразившая, что и к чему говорит Кичи, хотела было заспорить, но брюнетка продолжила до того, как магесса успела раскрыть рот:
- Грязны и развращенны те,
Кто, получив Его дар,
Обратили его против Его же детей.
И зваться им - Малефикары, проклятые.
И покоя им не будет в этом мире
И за гранью его. - голос Кичи был вкрадчив и сладок, как самый смертоносный из ядов, и прекрасно подходил к ее улыбке.
На лицо ее оппонентки стоило бы посмотреть. Мягко говоря, Ласерту перекосило. Судя по скривившемуся рту, одержимая как раз подобрала парочку ну очень крепких словечек. Возможно даже, вопиюще тевинтерских. Однако, видимо, сегодня был просто-напросто не ее день. Ну не суждено было отступнице произнести многое из того, что так и рвалось сорваться с языка.
- Как интересно. - впрочем, учитывая, чей голос раздался со стороны входа, оно, возможно, и к лучшему.

@темы: dragon age, Кичи жжет напалмом, Ласерту бомбит, Песнь Света как орудие троллинга, пиздец по-старкхэвенски

20:54 

- Сущие царапины, солнце! – Астэ хохотнула и легко отмахнулась свободной от фонаря рукой. – Никому не удастся меня поймать, особенно рядом с домом.
- Мы в тебе и не сомневаемся, - мужчина скрестил руки на груди и ухмыльнулся. – Будь спокойна, Матушка. Мы новеньких за час распределим. Крыло же ж почти достроили!
- Вы мои золотые! Хрупкой деве есть на кого положиться.
Девушка повернулась к беглецам, которых только что провела в Убежище. Двое мужчин и женщина озирались с приоткрытыми ртами, и, казалось, уже позабыли о своём тяжёлом и долгом пути. Вне зависимости от возраста и места, откуда они пришли, маги искренне удивляются увиденному. Это, должно быть, хорошо. Новое место, новые люди, новая жизнь.
- Оставляю вас на Тидуса.
Трио, вновь обратившее на неё внимание, активно закивало. Высокая сероглазая женщина обхватила себя руками и осторожно обратилась к Биард:
- Теперь мы... Можем жить здесь?
- Конечно! – Царапина через всю щёку явно дала понять, что на сегодня с улыбками стоит заканчивать. – Вы будете в безопасности. Отдыхайте.
Сероглазая магесса всхлипнула и прикрыла глаза рукой. Астэ мигом оказалась рядом. Одной рукой ферелденка обняла поддавшуюся чувствам женщину и погладила её по плечу.
- Всё будет в порядке. Тидус вам со всем поможет, места хватит. А если что-то приключится, поднимайтесь во-о-он туда, - девушка указала на далёкую винтовую лестницу. – Там буду либо я, либо мой отец.
На ходу помахав беглецам и источающему крайнее довольство Тидусу рукой, Астэ быстрым шагом направилась к указанной лестнице. Времени у неё оставалось совсем-совсем мало. Так мало, что она не стала даже заходить в собственную комнату и снимать «выходные» лохмотья.
Андерс по традиции был занят. По всей комнате были расставлены открытые ящики со стеклянной посудой и ингредиентами, что наводило на определённые мысли о сегодняшнем занятии целителя. Осторожно отпихнув ногой бочонок с сушёным эльфийским корнем (запасать – так для внуков!), Астэ прошла к столу. Поставила фонарь, села на свободную часть лавки слева от трудящегося мага. Внимательно наблюдала за процессом размалывания листьев. Не выдержав, с характерным всхлипом впечаталась лбом в поверхность стола.
- Папочка, так нечестно! – Светловолосая дева начала сразу с главного. – Я устала! Я так больше не могу! Но я должна! Но я не могу!
Плакать она начала без какой-либо надежды на сочувствие, просто так получилось. Андерс отодвинул ступу в сторону и погладил по голове хнычущую спасительницу рода магического. Астэ почувствовала себя много лучше. Сверх того, намятые бока и мелкие раны перестали болеть.
- Что случилось, котёнок?
Астэ помотала головой, не отрывая от стола лба. Ответ на простой вопрос целителя надо было обдумать, как следует. Ибо за этот вечер случилось многое, а на долгий рассказ её не хватит.
- Я вышла к реке в условленный час. Но в тумане на меня напали четверо. Я не хотела их убивать.
Девушка разревелась с новой силой. Хотя у неё так здорово получилось начать.
- Зачем они напали на меня? Нет, только не отвечай. Я не хочу знать. Я хочу мира. Чтобы не было смертей.
Качнувшись, отступница села и стала вытирать слёзы тыльной стороной ладони. Она очень старалась успокоиться.
- А ещё, пап, не хочу, чтобы всякие неотёсанные мужики меня лупили! Я – нежное существо.
Андерс начал было ответную ироничную реплику на тему того, что молодёжь совсем распустилась и отошла от привычного понимания ухаживания за девушками, но провалился.
- Не продолжай эти вылазки в одиночку, - вот что называется «серьёзно». – Это не имеет смысла. Уговор?
Заплаканная отступница отрицательно качнула головой. У неё и в мыслях не было обижаться на кажущиеся малодушными слова целителя. Просто он пытается её защитить.
- Я дала обещание. Если кому-то понадобится помощь, они увидят свет фонаря у реки. Помешать мне может разве что... Разбитый фонарь?

@темы: dragon age, Астэ Астэ, папочка Андерс, свет фонаря

20:52 

- Скучно.
Кайлан уже часа три как развалился на кровати. А первые два часа он старался соблюсти приличие, не искать спрятанное-где-то-здесь ночное платье и не подбрасывать кажущуюся ну очень старой (ориентировочно с Мэрон) подушку. Не осилил, не справился, не смог. Зато фактически он отдыхал лёжа и навязчиво созерцал занятую шитьём Астэ. Хоть какое-то развитие, жизнь не стоит на месте.
- Если ты не можешь лежать без дела... - девушка с силой потянула нитку на себя и трогательно нахмурилась. – Тогда сходи в кладовые за свечками. У меня скоро свет потухнет.
- И не подумаю! – Текхо завёл руки за голову и лёг ну вообще молодец как удобно. – Ночь на дворе. Давай вместе спустимся, выйдем подышать перед сном.
- Пока не закончу, никуда не пойду.
Орлесианец с особой неприязнью глянул на тёмную накидку, которую преступно долго, да и с лёгким налётом фанатизма, чинила Биард. Пускай лицо отступницы выражало абсолютное довольство жизнь и, самую малость, усталость, умиротворения у мечника эта картина не вызывала.
- Ой-ёй. А хочешь, я завтра зашью рукав твоей рубашки? Той, что с синим воротом?
Некоторое время Кай молчал, соображая, с чего это вдруг такая забота проявляется в его ничтожный адрес в целом, и его практически уничтоженной рубахи – в частности?
- Хочу.
Подумав ещё немного (бил все рекорды, на самом-то деле), он с какого-то перепугу уточнил:
- Тебе нравится шить?
Астэ заулыбалась, прямо расцвела. Хихикнув, она закивала и разгладила левой рукой топорщащийся кусок ткани. С помощью иглы стала проверять размер прошиваемых квадратов.
- Люблю хлопотать по дому.
Это всё было так мило. Нет, даже не так. МИЛО. И ужасно неуместно. Особенно если вспомнить, что подол многострадальной накидки этим утром подрал не абы кто, а маленький мальчик. Маленький, сука, одержимый мальчик, чуть не убивший шестерых взрослых.
- Вот оно как. А строишь из себя Создатель пойми что.
Фраза получилось такой же гадкой, какими были сейчас мысли Кайлана. Целительница от удивления выронила иглу. Нахмурившись, она вжала голову в плечи. Даже, кажется, попыталась спрятаться от, сверкающего из полутьмы комнаты взглядом, юноши. Получилось не очень.
- Зачем ты говоришь обидное? – Её голос прозвучал так, будто бы только что кто-то наступил на котёнка.
- А кого ты пытаешься обмануть? Видела бы себя – маленькая жёнушка. – В голосе мечника появилась нескрываемая издёвка. - Тебе бы уху варить, да детям сопли подтирать. А всё туда же, сражаться за магов! Высокий полёт, чистая работа!
Астэ глядела на него абсолютно затравленно. Неловко встав со своего места, она с трудом подняла со стола накидку. Спасительница рода магического, вся сгорбившись, плечом толкнула дверь и скрылась во тьме коридора. Её шагов слышно не было.
Кай грязно ругнулся и сел на край кровати. Пристально смотрел на угасающий огонёк свечи, и думал о чём-то неконкретном, но скверном. Он очень, очень злился.

@темы: dragon age, о этот сложный мир, пнуть котёнка

02:33 

- Что за шум?
Тидус среагировал на её вопрос первым. Задумчиво почесав щетину, рыжий маг указал в сторону потрёпанных и грязных с дороги новоприбывших. На перекрываемых защитной магией ступенях стояли двое: мужчина в разбитых доспехах и темноволосая женщина, держащая в руках крохотный свёрток. Астэ удивлённо приоткрыла рот, всматриваясь в изменяемые мелькающим барьером силуэты.
- Решаем, пускать ли, - пояснил помощник, скрестив руки на груди.
Здесь таилась какая-то тайна. Девушка обошла несущих вахту отступников и спрыгнула на самую близкую к магической стене ступеньку. Светловолосая магесса в первую очередь взглянула на незнакомого мужчину. И не прогадала, сразу приметив то, что смутило стражей. Доспех храмовника. Знакомая каждому выходцу из Круга расцветка чуть ли не выкалывала глаза, но внимание Биард достаточно быстро переключилось на зашевелившийся в руках беженки свёрток.
- Благая Андрасте! Тидус, солнце, давно ты держишь на улице маленьких детей? – Голос Астэ звучал удивлённо, но не более того.
- Понял-понял, Матушка. – Маг сделал знак снимать защитное заклинание. – Разбирайся с ними сама, сердобольная. Я покамест умываю руки, и иду жаловаться на тебя Старому Королю.
- Догов... Эй! – Ферелденка обернулась и, хихикнув, погрозила мужчине кулаком. – Набрался всякой га-до-сти! Не зови его так!
Тидус беспомощно пожал плечами. Мол, против правды не попрёшь, слухами земля полнится, из песни слов не выкинешь, и прочее-прочее. Махнув на помощника рукой, девушка повернулась к беженцам и приветливо им улыбнулась.
- Здравствуйте, - с поклоном сказала голубоглазая ревнительница и хранительница рода магического. – Меня зовут Астэ. Я очень рада видеть вас.
Серая, как дождевое облако, женщина взглянула на маленькую магессу и мотнула головой. На её лице отразился мучительный поиск нужных слов. Стоящий за её спиной храмовник чуть покачивался и безразлично смотрел перед собой. Создавалось такое впечатление, что если подойти и толкнуть мужчину, он упадёт на спину и больше никогда не поднимется.
- Мы бежали из Белого Шпиля, госпожа...
Блондинка подняла правую руку, демонстрируя ладонь, и отрицательно покачала головой.
- Просто Астэ, не утруждай себя. Вы из Белого Шпиля, я поняла.
Неловкую тишину разрушил плач ребёнка. Женщина, и думать забыв о своей объяснительной речи, принялась качать свёрток и что-то надломлено напевать. Мужчина тоже среагировал на детский плач: он положил руки на плечи своей спутницы и поцеловал её в висок. В этом жесте было что-то непонятное Астэ, но очень искреннее. Позже надо будет обсудить это с Кайланом, у которого на каждый случай найдётся пара умных слов. А сейчас надо завершить дело.
- Как тебя зовут? – Одержимая положила руки на пояс и распрямила спину, глядя прямо на храмовника.
- Харлес, гос... Астэ, - мужчина учтиво склонил голову. – Я пришёл просить за свою супругу и сына.
Беженка сокрушённо качала головой. Она стала что-то тихо говорить своему названому (а как иначе?) мужу, но тот будто не слышал.
- Я вижу, сэр Харлес...
Девушка задрала голову, чтобы взглянуть на несущих вахту. Все, как один, показали ребром по горлу. Но их можно простить – нервная служба.
- Ой-ёй... Ладно! – Отступница почесала затылок и махнула новоприбывшим рукой. – Бери своих, уважаемый сэр, и пойдём внутрь. Сколько вас ещё на пороге держать?
Все присутствующие охнули неровным испуганным хором. Возможно, кто-то где-то упал в обморок.
- Харлес... – Женщина запиналась и охала единовременно. – Харлес... Может войти вместе с нами?
- Ну, конечно же! – Астэ звонко рассмеялась. – Что за вопросы, дорогая? Что ж я, зверь какой, семью разбивать?
- Ещё какой зверь! – Послышалось сверху ровно и нагло.
- Ух ты, личность! – Молодая отступница погрозила инакомыслящему кулаком. - Как заберусь, да как дам промеж глаз!
Женщина, убаюкивая ребёнка, удивлённо наблюдала за происходящим. И её можно понять. Тем временем сэр Харлес, полностью осознав происходящее, уткнулся супруге носом в плечо и громко, с чувством, расплакался.
- Ну-ну, сэр храмовник. Будет тебе. Поднимайтесь!
Спустя пару минут супружеская пара уже стояла в зале. Закончив осыпать продолжающую улыбаться Астэ благословениями и обещаниями молиться за здравие и мудрость Создателю, женщина наклонилась чуть вперёд, дабы кое-что сказать своей спасительнице на ухо. Не обнаружив уха там, где ему положено быть, беженка растерялась и рассыпалась в извинениях. Биард хихикнула и, в конце концов, вывела женщину на разговор. Оказалось, что главная проблема таится в отсутствии у молодой матери молока. Побег, нервы, тяжелейшая дорога. Голубоглазая магесса выразила сочувствие и поделилась первой идеей на этот счёт:
- Селона на днях родит. Ты скоро с ней познакомишься, она замечательная. А если молока не будет хватать на двоих будущих защитников, найдём выход!
Помедлив, Астэ снова обратилась к более-менее приходящему в себя храмовнику:
- Харлес, с тобой мне нужно будет поговорить. Не сейчас, вечером. Как отдохнёте с дороги, - ферелденка не глядя махнула рукой. – Поднимись по лестнице. Я буду там. А пока подождите Тидуса. Это такой рыжий махина, похожий на кузнеца. Он покажет вам, где устроиться.
На фоне быстро сменяющих друг друга событий, Астэ с всё большей частотой возвращалась к мысли о хнычущем усталом ребёнке. Что-то дёрнуло её предложить позаботиться о малыше, пока будут решаться вопросы чисто организаторского толку. И, что удивительно, молодая мать согласилась.
Девушка осторожно-осторожно взяла свёрток. Уложила поудобнее на руке, поглядела на умиротворившегося крохотного путешественника. Кивнула его родителям и ме-е-едленным шагом направилась к лестнице. Астэ очень много времени проводила с детьми, но таких малышей никогда в жизни не держала. Это было очень тёплым, домашним и располагающим к ощущению абсолютного счастья чувством. Отступница говорила заснувшему мальчику всякие добрые ласковые слова, обещала самую мягкую и тёплую постель. В целом, чувствовала себя замечательно.
Подняв глаза к балкону верхнего этажа, куда и вела хитрая лестница, блондинка встретилась взглядом с внезапно появившимся у ступеней Андерсом. Астэ одарила целителя самой тёплой из своих улыбок и осторожно качнула головой, указывая на ребёнка. Маг какое-то время глядел на неё недвижимый. После чего вдруг нахмурился, потянул правую руку к сердцу. Отшатнулся от перил и, резко развернувшись, скрылся из виду. Это было... Странно.

@темы: Астэ Астэ, dragon age, доброта магов вознаграждается, папочка Андерс, плакать от умиления тут

02:25 

Эва легонько пихнула брата в бок и с непреклонным видом подвинула к нему блюдо с рыбой. Кажется, подумал парень, она намекает мне, что я мало ем.
Он поднял взгляд от тарелки и встретился глазами с сидящей напротив Кичи. И сразу уставился обратно в свою порцию овощей. Черные глаза девушки по насыщенности цвета ничуть не уступали ее волосам. Трэвансу подумалось вдруг, что вот если она сейчас улыбнется еще, то все, он упадет в обморок. Потому наемник жалобно уставился на Фенриса, но Фенрис был слишком занят тем, что ожесточенно спорил с миролюбиво настроенным Ваэлем. Заместо мечника на помощь блондину пришла сестра, погрозившая брюнетке вилкой. Та вздохнула, кивнула и перевела взгляд на Себастьяна.
Дженкинсу, откровенно говоря, не по себе было уже от одного присутствия тут монарха. Казалось бы, чего проще - привыкнуть, что к его друзьям всего лишь порой заглядывает местный король. Разве ж повод так шокироваться? Но тихушник, предпочитавший заранее иметь несколько теорий и соображений, старался держаться подальше, потише и как можно менее экспрессивно. Он даже старался не смотреть особо в сторону Ваэля. Отчасти еще и потому, что очень часто, слушая их с Фенрисом разговоры, вспоминал далекие от приличия байки и не хотел, чтобы это хоть кто-то заметил.
Шани сновала из комнаты в комнату, таская тарелки, столовые приборы и другие Очень Важные Вещи. В отличие от блондина, она была совершеннейшим образом счастлива. Одаривала всех улыбками, мурлыкала под нос песенки и охотно шла обниматься к друзьям (до тех пор, пока не ловила многозначительные взгляды Фенриса, разумеется). Периодически хрупкая эльфийка запрягала кого-нибудь ей помогать, в основном - Кичи (к вящей радости Трэванса). Как оказалось, кудрявая брюнетка нарезала овощи с такой скоростью, какая старательной Шанаэ и не снилась. Другое дело, что начавшую нарезать что-либо Кичи остановить было целым делом. Но живущей в своем собственном, полном радости и света, мирке Шани это не казалось подозрительным.
Она, протянула кувшин Ваэлю, рассмеялась в ответ на шутку и собиралась уже упорхнуть обратно на кухню, но задержалась, чтобы внезапно, одним полным коварства движением обнять ничего не подозревающего Фенриса. Впрочем, эльф, обладающий хорошим слухом и не жалующийся на слабое сердце (хрупкий внутренний мир не в счет), особо не жаловался. Даже изволил слегка улыбнуться (и тут же показать не слишком приличный жест Себастьяну, разумеется; наблюдавший за происходящим Трэванс глупо улыбнулся и тут же получил несильный тычок под ребра от внимательной сестры).
Кичи успешно впадала в транс. Подперев щеку рукой, она бОльшую часть вечера проводила в созерцании. Но Трэванса ей разглядывать не позволяли, поэтому полный неотмирных эмоций взгляд был устремлен на старкхэвеского голубоглазого короля, в этой своей голубоглазости почти не уступавшему Дженкинсу. Девушка мило улыбалась (что только усиливало вмечатление существа не из этого мира) и, пользуясь своей внешней отстраненностью, подкармливала исподтишка мабари, высовывавшего слюнявую морду из-под стола со стороны каждого участника застолья. Но особенно везло только с Кичи. Последней, кстати, жертва разглядывания учтиво кивнул, отвлекшись на мгновение от преисполненной королевского достоинства пикировки с тевинтерским мечником. Брюнетка отреагировала запоздало, недоуменно зардевшись, и временно переключила внимание на собака, опять ткнувшегося ледяным носом в ее руку.
Эва, следившая за Трэвансом, за Русом не следила. Она улыбалась, обводя окружающих умиротворенным взглядом. Периодически настаивала на очередной добавке для младшего братишки. Причем делала это так трогательно, что у последнего не было никаких шансов. В конечном итоге (когда свело мышцы постоянно жалобно приподнимаемых бровей) голубоглазый наемник сдался и пустил в ход самый подлый в мире прием (нет, не тот, который он подсмотрел у сумрачного тевинтерского гения) - пристроился головой на плече сестры и умильно улыбнулся ей снизу вверх. Это очень простое и безотказное заклинание обеспечило парню спасение от медленной и мучительной смерти путем закармливания вусмерть. В очередной раз глянув в сторону Фенриса и Себастьяна, бедный наемник, и без того переполненный впечатлениями самого разного толка, натолкнулся на задумчивый взгляд последнего. Слегка побледнев (почти незаметно), перевел взгляд на снова пронесшуюся мимо Шани, потом на Фенриса. Эльф имел неосторожность не поучаствовать в общих гляделках, потому как в этот самый момент смотрел на Шанаэ, с творческим видом поправлявшую криво (по ее мнению) висящую картину.
Если бы тевинтерский беглец не был бы так отвлечен трогательным зрелищем Эйртре, похожей на страшно деятельного воробушка, он бы заметил молчаливый диалог, состоявшийся между голубоглазыми засранцами.
Когда лицо Ваэля окончательно и бесповоротно приняло бесконечно нехорошее выражение, Трэванс понял, что тут-то ему и конец - даже первая встреча с Кичи сейчас показалась обычным праздничным казусом. Блондин уже знал, что будет дальше, но совершенно ничего не мог с этим поделать. Потому когда Себастьян все-таки чуть склонился в сторону мечника, что-то тихо спрашивая, Трэв испытал дичайшее желание зарыться в доски пола. Прямо сейчас. До того, в общем, как его туда вкопает эльфийский дружище.
Эльф сумрачно смерил довольного как сытый наг монарха взглядом и медленно стал поворачиваться к Дженкинсу. Последний чуть сдвинулся, пропадая из поля зрения Фенриса за счет сестры, сейчас занятой отчитыванием Руса, по ошибке сунувшегося попрошайничать у строгой хозяйки. Однако тяжелый взгляд бывшего раба беспрепятственно преодолевал это скромное препятствие, и синеглазому менталисту было весьма несладко. Он быстро составлял в голове сложные многоходовки, которые могли бы спасти его ужасно никчемную на данный момент жизнь. Теоретически, пока медленно закипающий Фенрис поднимется из-за стола...
- Кажется, кувшин опустел. - миролюбиво вклинился в бесконечный поток логичных, но панических мыслей наемника Себастьян, - А так как милая Шани занята на кухне, думаю, с моей стороны не будет наглостью предложить принести вино самостоятельно.
В момент, когда король Старкхэвена поднялся на ноги, плохо стало всем. Потому как о магоненавистничестве монарха, превосходящем в этом вопросе даже старину Фенриса, были предупреждены. Прямо в момент заталкивания одной несносной рыжей ведьмы в погреб.
Мрачный как грозовые тучи Фенрис даже забыл, по какому поводу возжаждал убивать. Грядущая катастрофа была очевидна.
Трэванс уже стоял в дверях. Он широко улыбнулся (следя, чтобы улыбка от волнения не уехала на один бок), виновато пожал плечами и быстро поклонился. После чего, сочтя сцену исчерпывающей, торопливо зашагал в комнату, где был вход в погреб.
Он успел только облегченно вздохнуть и сразу сообразил, что беды только начинаются. Потому что там, среди вина и продуктов, сидит крайне недовольная жизнью Ласерта. Хуже, чем спускаться к ней, была бы разве что попытка провести время наедине с одной брюнеткой переменчивой кровожадности. Наемник присел, подцепляя крышку.
- О, глядите, кто явился. - отступница сидела в углу, обхватив колени руками, - Веселитесь там без меня, гады. Да?
Трэванс не сумел понять, с чем именно призывала его согласиться Одержимая - с тем, что они веселятся, или с тем, что гады. Потому не отреагировал вообще никак, пройдя мимо к деревянной стойке.
- Вот падла. - расстроилась Лас, - Игнорируешь меня, что ли?
Трэв качнул головой, беря бутылку. Пожал плечами, сложно шевельнул бровью, хлопнул себя по голове ладонью, указал рукой вверх и вздохнул. Таким образом все объяснив, торопливо стал подниматься, уже почти не прислушиваясь к ворчанию Ящерки.
Он старательно опустил дверцу, ведущую в погреб. Несколько секунд просто посидел на полу, тупо глядя на полупрозрачное стекло бутылки, после чего поднялся на ноги, держа оную за горлышко.
Случившееся дальше оставило в душе синеглазого менталиста неизгладимый отпечаток. Потому что на плечо ему опустилась рука. Среди всех присутствующих такая лапа могла быть только у двоих, а Фенрис бы подобной глупости делать не стал. Трэванс лишь благодаря скоростному полету мыслей не совершил не менее скоростной удар бутылкой. Но вот скакнул вперед и развернулся он действительно НУ ОЧЕНЬ быстро.
Взору Ваэля предстали глаза настолько голубые и огромные, что кого послабее духом могло бы и смутить.
- Напугал? - дружелюбно улыбнувшись, уточнил Ваэль.
Дженкинс, получивший одновременно разрыв аорты, селезенки и еще пары органов и сосудов, названий которых даже не подозревал, бешено замотал головой, упуская из виду, что судорожно прижимает к себе бутылку, чтобы никого ей не долбануть.

@темы: хрупкая аорта Трэванса, синеглазый менталист, Рус попрошайка, Большая дружная семья, dragon age

23:04 

Трэванс мило улыбнулся Фенрису.
- Жулик. - подытожил тевинтерский мечник, мельком глянув на блондина.
Улыбка голубоглазого наемника стала еще милее и безмятежнее, он захлопал ресницами, мол, ничего не знаю, все возможно, не пойман - не вор.
Фенрис только тяжело вздохнул и, судя по чуть дрогнувшим мимическим мышцам, собрался что-то сказать. Не исключено, что это было бы что-то далекое от понятий доброты и морали, но.
- Ма-а-альчики... - протянула неведомо откуда материализовавшаяся Эйртре, вытиравшая ручки полотенцем, - Вам не кажется, что уже поздно и пора спать? Помнится, завтра вы работаете оба.
Хрупкая, невысокая эльфийка сказала это очень мягко, ненавязчиво и без малейшей угрозы. И улыбалась доброй-доброй улыбкой, строя наивные глазки. Но спорить отчего-то никто даже не подумал.
Мужчины проводили Шани совместным крайне пристальным взглядом. После чего уставились друг на друга.
Трэванс, откладывая карты, выразительно помотал головой. "Я с ней снова спать не буду", говорил весь вид синеглазого менталиста. "Прям ни за что. Мне хватило", добавил он, чуть не ушами шевеля для большей экспрессии.
Реакция Фенриса его удивила. Эльф насупился, потом нахмурился и состроил крайне угрожающую гримасу.
- Вот именно. Ты _с ней_ спать не будешь. - до ужаса спокойным тоном сообщил мечник.
Трэв вскинул руки и брови почти синхронно. "Воувоу, полегче!".
И тут он вдруг сообразил, к чему бы это все, собственно.
От вида расползающейся по лицу блондина улыбки у Фенриса, казалось, разом заныли все зубы.
Тихушник, посверкивая голубущими как небо глазами, опустил одну бровь и наклонил голову вбок.
"Значит, можно радовать Себастьяна?", Дженкинс откровенно веселился, опасно игнорируя все более скисающего мечника, "Как тебя угораздило-то? Прямо в сердце, да?"
- Прямо в сердце. - уже почти привычно передразнил бывший раб.

@темы: попаданство по-тевинтерски, dragon age, Шани руководит, прямо в сердце, синеглазый менталист

21:17 

- Не шевелись, пожалуйста.
Шани всегда говорит так, будто бы дело яйца выеденного не стоит. А Фенрис так, из скверного настроения ворчит. Это не всегда правда. Чем больше усилий прилагала эльфийка для того, чтобы безболезненно приложить припарку, тем громче он шипел.
- Лучше прижги, - посоветовал хмурый мечник.
Девушка, проникнувшаяся тончайшим сумрачным юмором, лишь покачала головой. «Как это по-тевинтерски» стрельнул глазами Дженкинс, всё это время стоящий с тазом горячей воды. Блондин прозрачно намекнул, что в силу национальных особенностей смурного эльфа не возьмёт никакой яд. Фенрис этой мысли улыбнулся, но тут же был возвращён к реальности жжением от припарки. В ударе в спину было мало смешного.
- Вот и всё! – Эйртре погладила мужчину по седой голове, но вдруг отдёрнула руку. – Ой! Совсем забыла!
«Ой» в исполнении Шани было самым пугающим и зловещим словом. Если бы не общеизвестные обстоятельства, у Фенриса не было бы ни одного тёмного волоса именно по этой причине.
- Надо накрыть на стол! – Девушка хлопнула в ладоши и покачала головой.
Мужчины молчали, выжидая. У Шанаэ была мысль. Главное сейчас – её не спугнуть.
- Его Величество обещал сегодня придти по ва-а-ажному делу, - сообщила эльфийская дева и заулыбалась.
- Давненько он не заходил! Пойду готовиться.
Трэванс спал с лица. Он сел рядом со скептично настраиваемым тевинтерцем и уставился в тез. Свёл брови, и был таков.
- Не волнуйся, - ответил Фенрис. – Главное – не проболтайся про рыжую ведьму, и веди себя прилично. Монарх же.
Тевинтерский искромётный юмор пришёлся чуть оживившемуся синеглазому убийце по нраву. Приподнятое настроение сопутствовало Дженкинсу вплоть до вежливого стука в заднюю дверь. Чёрный ход не был заперт, потому высокая фигура в плаще просочилась в комнату беспрепятственно. Трэванс неловко дёрнулся, но от подскакивания со скамьи был удержан властной рукой Фенриса.
- Еле вырвался, видит Создатель, - мягко сообщил Себастьян, снимая капюшон. – Добрый вечер.
Бледный, как молоко, Трэв кивнул и скрылся за спиной и не пошевелившегося друга. Хмурый эльф предчувствовал, что всё идёт к тому, чтобы не дать ему этим вечером жить. Если королевский стрелок вбил себе что-нибудь в голову, переубедить его, или хотя бы донести незатейливое «Нет. Отказываюсь. Отрицаю. Оставь меня в покое», просто невозможно. Безбожно упрямый монарх.
- Себастьян! Ты пришёл!
Выпорхнувшая из кухни Шани повисла на шее у благодушно рассмеявшегося монарха.
- Здравствуй, Шанаэ, - тихо проговорил Ваэль, привлекая эльфийку к себе. – Я тоже очень рад видеть тебя.
Лучник перевёл взгляд на ничего до этого момента не подозревающего Фенриса. Улыбка Себастьяна незначительно изменилась, но бдительный эльф разницу уловил. В безапелляционной тевинтерской манере он согнул левую руку в локте и хлопнул по локтю ладонью. Ваэль наигранно стыдливо отвёл глаза. За «перестрелкой» внимательно, черпая новые знания, наблюдал синеглазый менталист.
- Пожалуйста, садись за стол, - прощебетала хозяюшка, вдоволь наобнимавшись с королём. – Ужин почти готов. Ты ведь поужинаешь с нами?
- Сочту за честь, - ответил старкхевенец, слегка поклонившись.
На каждую реплику у него было по два, нет, по три вида учтивости. Небрежно бросив плащ на стоящий в углу сундук, Себастьян сел на свободное место рядом с пасмурным эльфом. Наконечники стрел в колчане заговорчески звякнули. Фенрис косился на заботливо ставящего рядом с собой лук стрелка и с напряжением ждал следующего хода.
Радостная Шани мелькала в комнате даже не подозревая о происходящем. Дженкинс подозревал, прогнозировал, выжидал, наблюдал.
- Фенрис, - бархатно начал Ваэль, провожая кудрявую эльфийку взглядом. – Ты – андрастианин?
Трэванс коротко и важно кивнул. Мол, действительно, сам давненько хотел уточнить.
- А если нет, попытаешься обратить меня в свою веру?
Упоминание состоявшегося многие годы назад разговора обернулось в шутку, которую монарх оценил по достоинству. Оценил, но не отстал.
- Как твой друг я хотел бы дать тебе ценный совет...
- Да. Слушаю, мой король.
В быту это имело значение примерно схожее с «басра вашедан», что знал каждый из присутствующих.
- Ладно, - смилостивился Ваэль. – Отложим этот разговор на более поздний срок.
Он вознамерился было привычным жестом хлопнуть тевинтерца по плечу, но вовремя заметил припарку и таз, что до сих пор механически держал в руках Дженкинс.
- Тебя ранили?
- Ранили, - не стал спорить Фенрис.
- Прямо в сердце? – Подначил гость.
- Прямо в сердце, - хамовато передразнил эльф.

@темы: старкхевенский купидон, синеглазый менталист, прямо в сердце, dragon age

00:13 

- Это невозможно.
Кайлан молчал. В его жизни было ну очень мало моментов, когда он не находил, что сказать. И сейчас, к сожалению, был как раз один из таких. В крайне неудобной позе Текхо полулежал на полу, держа в охапке раненую магессу. Левой ногой он упирался в шкаф, которым влёт задвинул входную дверь. Но что-то подсказывало, что это делу особо не поможет. Из оружия были только забранный у убитого отступницей стражника меч, да нож в сапоге. Кожаный полуофициальный костюм даже от косого взгляда не защищает. В такой ситуации толком не повоюешь.
- Это невозможно. Я так стараюсь. Я не хочу войны. Почему так происходит?
Астэ перестала держать голову, её тело полностью расслабилось. Кровь из раны на руке хлестала знатно, но впавшая в беспамятство защитница рода магического не спешила спасать себя саму исцеляющим колдовством.
- Не думай об этом, - Текхо бросил меч себе в ноги и принялся шарить рукой по шее в поисках шнурка. – Как ты здорово смела этих поганцев! Они-то, небось, сукины дети, и не думали, что ты у нас без помощи посоха горы ворочаешь!
Обращающее в панику и бегство магическое облако, ровно как и вспышки молний не вызывали у орлесианца совершенно никакой радости или восхищения. Он просто не знал, чем отвлечь от идейно еретических мыслей свою спутницу, пока дело не будет улажено. Наконец выудив небольшую фляжку с лечащим зельем, Кай чуть ли не зубами сдёрнул куртку с покатого девичьего плечика. Красная заговорённая жидкость, смешиваясь с кровью, превращалась в переливающиеся завитки света.
- Они вынуждают меня причинять боль.
Вид Астэ до сих пор был пугающе отсутствующим. В не выражающих никаких эмоциях глазах переливалась далеко не природная их голубизна. Это, кстати, пугало воина много больше, чем толпа закованных в латы противников.
- Нарочно так делают. Убивают тех, кого я защищаю... Действительно. Миром дело не уладишь.
Кайлан, искренне испугавшись, вздрогнул. Ломящиеся в комнату вооружённые стражники теперь не волновали его от слова «совсем». Поддавшись внезапному порыву, он с чувством щёлкнул отступницу по носу.
- Справедливость, ты уже здесь? – Текхо засмеялся коротко и нервно. - Поди прочь, я говорю с дамой!
Буря миновала, но лишь чудом. Обиженная судьбой и щелчком юная дева вздохнула и уставилась на побелевшего от предчувствия НАСТОЯЩЕЙ беды Кая. С минуту помолчала. Размышляла о чём-то философском и великом, наверное.
- Мне страшно. Я не хотела, чтобы так вышло.
- Мы обязательно умрём, даже не думай на эту тему, - Молодец, короче, отлично утешил. – Лучше подумай о том, как ловко ты отослала к Убежищу своего Старого Короля. Его теперь не достать.
Астэ немного успокоилась и согласно закивала головой. В вопросе безопасности Андерса она была отчаянно больной (не в такой, конечно, степени, как он сам, но...), так что ключ был подобран весьма удачно и легко.
- Меня никто не любит, - вдруг перешла к главному расхныкавшаяся одержимая. – Я всех люблю, а они меня – ни капельки.
Лицо молодого воина вмиг сделалось таким сложным, что и не передать. Кайлан искренне удивлялся умению целительницы переключать его мысли на непотребные темы в не самый подходящий для того момент. Хотя, почему бы и не развить тему? Конец близок, Астэ – ещё ближе. Даже заплаканным её личико оставалось очень красивым, а от волос приятно пахло травами.
Разумеется, высшие силы не дали ему и пальцем пошевелить. Шум, что шёл с улицы, стал каким-то... Другим. Будь юноша чуть более тонкой и поэтичной личностью, он бы решил, что доносящиеся с площади звуки сменили свой незримый оттенок. Но Кайлан был нормальным человеком, а потому просто заметил, что удивлённый гомон сменился злобными выкриками. Вслед за яркой вспышкой, осветившей комнату через балконные окна, последовали треск и ощутимые для сидящего на полу вибрации. Кайлан почувствовал первый укол подозрений.
- Кто-то снёс страшные входные двери, - первой догадалась Астэ. – Интересно, кому это неймётся опередить гостеприимных головорезов?
Она, кажется, приходила в себя. Здорово. Изловчившись взять в одну руку трофейный меч, Кай поднялся на ноги и прошёл к окнам, всё ещё держа отступницу на руках. Та особого неудовольствия по этому поводу не выказала.
На улице, надо сказать, творилось нечто исключительное. Толпа людей в орлесианских костюмах слуг и рабочих штурмовала внутренний двор. И пробивали новоприбывшие себе дорогу не абы как, а огненными шарами и всплесками магического льда. Возглавлял методичное уничтожение хозяйского сопротивления упомянутый ранее Старый Король. Вспомнил же, на свою голову...
- Бросайте оружие, дворянские ублюдки! – Голосище у него, надо сказать, командный. – Прах несогласных смешаем с грязью!
Серьёзный аргумент, кстати. Охотливому до острот Логейну понравится эта история.
- Сиськи Андрасте! – Верх религиозного экстаза, не иначе как. - Ты слышала это? Предупреждает ещё! Будто бы чему учится.
Астэ с приоткрытым ртом наблюдала за действиями внезапно появившихся отступников. Оставалось только гадать, как долго они всё это время находились в городе. И в какой именно момент хитрый котяра взял командование своевольными магами на себя. В чём-чём, а в том, что Андерса с его сумрачными идеями наедине нельзя оставлять и дня, голубоглазая магесса совершенно права.
- Давай дождёмся, пока твоя верная армия тебя спасёт.
Какого-то особо выражения согласия по этому поводу Кайлану не требовалось. Он сел на единственное в комнате кресло и поудобнее усадил себе на колени всё ещё осмысляющую происходящее Астэ.
- Какие у тебя планы на вечер?
Ведение незатейливой светской беседы, по мнению орлесианца, как никогда удачно скрасит их напряжённое ожидание.
- А разве сейчас не вечер? – Рассеянно уточнила вслушивающаяся в происходящее на улице девушка.
- Глупая ты девка! – Кай от негодования фыркнул. - Это – выражение такое. Так говорят.
- Ой-ёй. Тогда не знаю. Напиться?
Интересно, что вбрасывает в её незамутнённый детский разум подобные мысли? Эту неведомую силу хорошо бы поблагодарить за старание и убедить доводить означенное до конца. А то одни разговоры, и никакой радости в жизни.
- Я бы тебе не советовал, - юноша недобро хохотнул. - Если ты будешь пьяной и доброй, мне придётся воспользоваться твоей беспомощностью. Может быть, даже несколько раз подряд. Ты не обижайся, просто это так.
- Я бы тебе не советовала, - Астэ хохотнула так, что волосы встали дыбом. На спине.
- Если ты так поступишь, то твоей беспомощностью воспользуется уже папа. Может быть, даже несколько раз подряд. Ты не обижайся, просто это так.

@темы: dragon age, Астэ омен, дистиллированное орлесианское страдание, папочка Андерс

13:13 

Трэванс лежал, не спал и мучительно переживал события едва успевшей начаться ночи.
Сначала к нему пришел сверкающий глазами сумрачный тевинтерский гений и предложил сомнительную перспективу ночевать вместе. Трэв, будучи парнем доброжелательным, был, в общем-то, готов принять идею как есть, без дополнительных пояснений. Фенрис обрадовался, оживился, и ночью перебрался в комнату к голубоглазому наемнику.
И все было в целом достаточно тихо и мирно, блондин даже начал погружаться в приятную полудрему, когда в комнату после тихого стука сунулась грустная Шани, пожаловалась, что ей не спится, и попросилась к ним.
Трэванс только вздохнул, поводя плечами. Весь трагизм ситуации обрушился на его голову, когда парень вдруг понял, что хитрый эльф занял место у стены, а значит, Эйртре оставалось только пристроиться рядом с Дженкинсом.
Что она и сделала. Немного повозилась, устраиваясь поудобнее. Тоже вздохнула, ничуть не менее тяжко, чем Трэв (что вообще представляло из себя довольно трудную задачу, и длительное время первенство в ней сохранял Фенрис). Подвинулась поближе, зарываясь носом в пространство между кроватью и плечом парня. Буквально с каждым ее движением лицо голубоглазого наемника становилось все сложнее, выражая с теми же темпами усложнявшийся набор эмоций.
Парень, стараясь не шевелиться, повернулся к Фенрису.
"Ты ж бесстыжая драконья задница", как бы говорил взгляд Дженкинса, "Почему с ней должен спать я?"
Эльф безмятежно улыбнулся (доски потолка едва не провисли от переизбытка впечатлений), весь из себя отстраненный и радующийся возможности поспать спокойно.
Но Трэванс был суров, непреклонен и настойчив. Он продолжал смотреть на бесстыжего тевинтерца своими голубущими глазами, терпеливо ожидая хоть сколько-то внятной реакции. Мечник же, мирно сцепив руки на животе, смотрел в потолок и все еще чуть улыбался. Трэванс, немного знающий бывшего раба, старался не воспринимать это как откровенную издевку. Но получалось плохо.
Особенно плохо стало парню, когда уже вовсю сонно сопящая Эйртре обняла его одной рукой, прижимаясь потеснее. Глаза Дженкинса чуть расширились. Он покосился было на Шани, но тут же снова уставился на тевинтерского беглеца.
Ситуация была уже весьма и весьма далека от уютной - будучи нормальным парнем в самом расцвете сил, Трэванс испытывал определенные неудобства от сложившегося положения. О чем он и пытался сообщить другу, который, однако, почему-то не торопился вмешиваться.
"Фенрис", взглядом Трэва уже можно было очищать монетки и пускать солнечных зайчиков, "Сделай что-нибудь, наг ушастый."
Фенрис изобразил, что он уже спит.
Не слишком достоверно, стоило отметить.
Блондин боднул эльфа лбом. Тот в ответ пустил в ход самую подлую тактику - прикинулся мертвым.
Трэванс поджал губы и... как следует цапнул подозрительно непасмурного мечника за плечо.

@темы: синеглазый менталист, подстава по-тевинтерски, Шани жжет напалмом, dragon age

02:59 

- А ты уверен... Что мы должны идти именно этой дорогой?
Шани, как всегда, была осторожна и дипломатична. Искреннее удивление, буквально плещущееся в фиалковых глазах, смешило. Если Фенриса вообще что-то способно рассмешить.
- Я уверен.
- Хорошо.
Эльфийка многозначительно вздохнула и на ходу традиционно повисла на руке своего спутника. Продолжения разговора не состоялось: Эйртре погрузилась в восхищённое созерцание архитектуры Старкхевена, которая, несмотря на частоту посещения города, не надоедала ей.
Для осени вечер выдался на удивление тёплым, но тевинтерец в характерной для него манере всё же настоял на необходимости повязать девушке нашейный платок. Ветрено.
- А нам ещё долго идти?
Фенрис отрицательно мотнул головой и не нашёл необходимым что-то уточнять. Скоро всё и так будет видно. Шани, что не узнавала эту часть города, озадаченно глядела на дверь из красного дерева.
- Мы разве здесь были, Фенрис?
Эльф приложил массу усилий для того, чтобы сдержать улыбку. В поведении Эйртре ему сейчас всё казалось особенно милым.
- Почти, - он легко открыл незапертую дверь. – Давай зайдём.
На пороге их ожидал вечно дружелюбный Бран. Юноша радостно их поприветствовал, расцеловал в обе щёки не ожидавшую встречи эльфийку, крикнул про ключи и накрытый стол и мигом исчез на улице. В целом, был таков.
- Как странно, - отметила Шани. – А когда он вернётся? Было бы здорово с ним сегодня поговорить.
Фенрис рассеянно пожал плечами и, захлопнув дверь, принялся сгружать с себя походные сумки. Девушка растерянно помялась в коридоре, но позже решилась и отправилась на поиски хозяев. Дом она обошла сравнительно быстро (бывший раб только-только перенёс сумки в комнату первого этажа), и почти что сбегая с лестницы заявила:
- Фенрис, здесь никого нет!
Привыкшая к тевинтерской манере игнорирования, Эйртре подошла к эльфу вплотную и повторила свой прежде завуалированный вопрос:
- Фенрис, почему никого здесь нет? – Подумав, она добавила: - Даже в кладовке! Я смотрела.
Эльф вздохнул так, будто бы ему предстояло сейчас взвалить на себя все тяготы этого мира (пусть это было и не так). Он честно не знал, как подойти к разговору и, в целом, жить дальше. Лучшим решением было сказать так, как есть.
- Шани, это – твой новый дом.
Ответа не последовало. Абсолютно никакого. Девушка просто стояла и глядела на него своими извечно фиалковыми глазами.
- Прежде тебе здесь понравилось, - начал пояснять хмурый мечник. – Я подумал, что...
Какое именно из «я подумал» надо сказать в первую очередь, эльф не знал. Он не хотел, чтобы Шани провела следующую зиму в очередном слабо осмысляемом походе. Не хотел, чтобы она испытывала лишения, кои сама не выбирала. Эйртре заслужила спокойствие и уют, а Фенрис был в силах их обеспечить.
- В общем, - эльф смущённо потёр нос, так и не найдя нужных слов. – Распоряжайся здесь так, как посчитаешь нужным. Ни о чём не беспокойся.
Шанаэ снова ничего не ответила. Она приблизилась к Фенрису. Многозначительно шмыгнув носом, обняла тевинтерца. И всё.

@темы: dragon age, воробушковый дом

Вдоводел и Мракобес Band

главная